Список форумов HRISTIANA HRISTIANA
Добро пожаловать на официальный ХРИСТИАНСКИЙ форум. Сайт http://www.hristiana.zp.ua Да будет Имя Господне - Имя Иисуса Христа Благословенно! Аминь!
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

ИСТОРИЯ ЦЕРКВИ и Реформация.

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов HRISTIANA -> ИССЛЕДУЕМ БИБЛИЮ
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Вс Янв 03, 2010 1:12 am    Заголовок сообщения: ИСТОРИЯ ЦЕРКВИ и Реформация. Ответить с цитатой

ean Неизвестная История Церкви в 16-ти частях

ПРЕДЛАГАЮ ПРОСМОТРЕТЬ НА ЭТОМ ИНТЕРНЕТ ТЕЛЕВИДЕНИИ УНИКАЛЬНЫЕ ЛЕКЦИИ АРХИЕПИСКОПА СЕРГИЯ ЖУРАВЛЕВА

В этом уникальном семинаре по истории христианства вы услышите малоизвестные факты о: “репрессированных” сокрытых от общественност Соборах, что на них говорилось лидерами церкви; о происхождении антисемитизма в исторической церкви; как древнеязыческий культ богородицы или “царицы небесной”, антисемитизм, культ реликвий, многобожие, оккультизм и другие языческие практики ПОЛИТИЧЕСКИМ методом были навязаны историческому традиционному “христианству”; как они проявляются в наши дни; история реформации, инквизиции, правда об индульгенциях, мытарствах, Иоане Златоусте, Лютере, личные свидетельства священника Сергия и многое друге.

Эти факты истории должны знать ВСЕ, также ваши родные и , по возможности, знакомые. Помните, Иисус Христос примет на Небеса только тех, кто живет по Его Слову, а не по вымыслам человеческим и бесовским.

"Оставьте их: они - слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму" (Матф.15:14)

“Но тщетно чтут Меня, уча учениям, заповедям человеческим” Матфея 15:9.

“Если пребудете в Слове Моем, то вы истинно Мои ученики…” Иоанн 8:31,32. ”

ВИДЕО
http://www.invictory.tv/issue35.html
http://www.invictory.tv/issue36.html
.........


http://news.invictory.org/issue17904.html
http://jesus.my1.ru/load/13-1-0-15481
http://alivechurch.info/
http://jesus.my1.ru/load/140-1-0-16973


Последний раз редактировалось: hristiana (Вс Фев 09, 2014 2:02 pm), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Вс Янв 03, 2010 1:28 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

С. Журавлёв. История Церкви.

(АУДИО. 5 частей)

Служение православного служителя Сергия Журавлёва получившего крещение в Святом Духе и призвание для реформирования православной церкви. Лидер обновленческого движения и Архиепископ - под его началом 10 Епархий.
Семинары по истории церкви, проповедь о причастии с точки зрения Еврейской традиции.
Есть ответы на вопросы о крещении младенцев, молитве за усопших, крестном знамении, иконах, мире, клире, иерархии, предании старцев и многом другом.

Ссылки для прослушивания и скачивания
Часть 1: http://hristiana.podfm.ru/httpwwwinvictorytvissue35html/24/
Часть 2: http://hristiana.podfm.ru/httpwwwinvictorytvissue35html/23/
Часть 3: http://hristiana.podfm.ru/httpwwwinvictorytvissue35html/22/
Часть 4: http://hristiana.podfm.ru/httpwwwinvictorytvissue35html/21/
Часть 5: http://hristiana.podfm.ru/httpwwwinvictorytvissue35html/20/

Мой путь к живому Богу


Я рос в семье, где в Бога не верили. В нашей детской комнате, как какая то икона, висел портрет Ленина. О Боге я впервые услышал в советской школе, где говорили, что Его нет, и что якобы люди сами выдумывали себе "богов" и поклонялись им. Как и многие в нашей стране люди, я рос в "лучших традициях" марксизма-ленинизма. Нас с братом еще детьми возили в Москву, чтобы сводить на поклонение останкам - "мощам" Ленина в мавзолее. Я был “октябренком”, “пионером”, и верующих людей я не видел, но в школе рассказывали, что есть такие верующие - баптисты, которые убивают детей, принося их в жертву. Завуч на торжественных пионерскиих линейках часто выливала грязь на Бога и верующий в Него, рассказывая, что в советских газетах публиковались статьи, доказывающие “кровожадность верующих”. В моем представлении верующие были какими-то "бармолеями", которые охотились за людьми, особенно за пионерами. Не так давно я слышал от одного пастора пяти-десятнической Церкви, что в Брянской и некоторых других областях КэГэБэшники устраивали провокации, направляя на богослужения в молитвенные дома свох людей в роли “подсадной утки”. В нужный момент женщина - КэГэБэшница вскакивала с места показывая свернутого грудного ребёнка и предлогала его принести в жертву. Тут же заходила милиция и орестовывали верующих... . Слава Богу, что те страшные коммунистические времена кончились и сегодня по милости Отца Небесного мы живём в свободное время! Аллилуия!!!

Библия говорит, что Бог нас знает до нашего появления на свет "от утробы матери" (Гал 1:15), а однажды Он “призвал благодатью Своей” каждого из нас, верующих. У каждого из Христиан свой путь к Богу. До кого-то Господь “достучался” в детстве, до кого-то в юности, а к кому-то Иисусу пришлось стучаться всю жизнь и лишь в старости человек открывает своё сердце для Его Любви. К сожалению множество людей на этой планете так и не услушало или не услышит призыв Христа - Спасителя, направляясь после смерти в ад. Дорогой читатель, если ты ещё не пережил в своей жизни встречу с Иисусом, то не медли, т. к. никто из смертных не знает сколько ещё будет жить на земле, а в переди целая ВЕЧНОСТЬ.

Мне было лет 12 - 13, когда я первый раз обратился к Богу. Я тяжело заболел и помню, что температура несколько дней держалась очень высокая. Градусник весь был красным и я, буквально, сгорал. Врачи говорили тогда моей маме, что сделать уже ничего не могут, но утешали ее, говоря что у нее есть еще ребенок, мой младший брат. Но мне этого не говорили. Я умирал и осознал это когда на меня стал наезжать, как будто бы, холодный каток. Я его не видел, но ощущал этот холод. Ни руками, ни ногами я не мог и пошевилить, но у меня оставалось немного дыхания. Моя душа практически стала покидать тело. Это было странное и, непонятное мне тогда, переживание. Казалось, что я был похож на сообщающиеся сосуды, из которых выливают жидкость. Тогда я конечно - же не знал, что в Библии сказанно о том, что “видимое временно, а невидимое вечно.” (2Кор.4:18) Мы Христиане “ знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, (т.е. тело) разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный. Оттого мы и воздыхаем, желая облечься в небесное наше жилище;... Ибо мы, находясь в этой хижине, воздыхаем под бременем,... На сие самое и создал нас Бог и дал нам залог Духа.

Итак мы всегда благодушествуем; и как знаем, что, водворяясь в теле, мы устранены от Господа, ... то мы благодушествуем и желаем лучше выйти из тела и водвориться у Господа. ...ибо всем нам должно явиться пред судилище Христово, чтобы каждому получить соответственно тому, что он делал, живя в теле, доброе или худое. Итак, зная страх Господень, мы вразумляем людей, Богу же мы открыты;” (2Кор.5:1-11).
Тогда я понимал, что ни я, ни мои родители, ни врачи не смогут его остановить. И именно тогда произошло самое невероятное. Я отчетливо помню, как внезапно ощутил на себе чей-то любящий взгляд. Любовь так и лилась из него, но одновременно и какая-то грусть. Вдруг Я Ясно осознал, Что это Бог, и Он смотрит на меня. Оказывается, что Он всегда видел меня и смотрел с такою любовью, а я не знал Его и думал, как многие люди, что Его нет вообще. Мне стало стыдно и страшно, что я жил в таком обмане. Страшно стало еще и от того, что в этом взгляде я увидел, вспомнил свою жизнь. Она была настолько глупой. "Что я жил, что не жил. Какая-то бессмыслица", -думал я. Я жил до того как эгоист, но лишь тогда лежа на постели и умирая, осознал, что это ложь, а не настоящая жизнь. Настоящая жизнь - это жить для людей и для Бога. Я в первый раз сказал: "Бог, прости меня, если сможешь. Прости, пожалуйста". Тогда я не знал, что Бог может и хочет прощать, но этот любящий взгляд давал мне эту надежду. И тогда же, лишь только я так обратился, я осознал, что Он не злиться на меня и прощает. Когда я это почувствовал, то начал просить и о том, что "если можно, дай мне еще жизни и я буду жить по другому, а не так как раньше. Я буду жить для людей и для Тебя. Я буду рисовать картины, чтобы люди, смотрящие на них, становились лучше". Я не помню, сколько длилась эта молитва, но главное, Бог услышал менЯ и исцелил. Каток медленно отъежал назад. Я вернулся к жизни уже к вечеру и врачи не понимали, как это могло быть. Маме они говорили, что, мол, молодой организм как-то переболел сам. Но я лишь знал тогда, что это сделал Господь Бог! Позже я пытался говорить с родителями, и со сверсниками, что же будет после смерти с ними? Никто не понимал, очем я говорю. Мне становилось страшно за них, И сейчас мне становиться порой страшно за людей, которые не верят в Бога, которые не верят, что есть реальная жизнь за гробом, что есть рай для любящих Господа и людей, и есть ад - страшное место мучений (сравни с Лук. 16:19-31). Библия говорит, что "боязливых же и неверных, скверных и убийц и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов - участь в озере, горящем огнем и серою; это - смерть вторая" (Отк. 21:8).

Я стал читать книги по “научному” атеизму и интересовался, почему люди отрицают Бога? В 1984 году Бог дал мне первое место из священного писания - Библии! В этих книгах я стал находить множество стихов из Библии и стал выписывать их в отдельную тетрадь. С 1984 по 1986 год у меня была уже целая школьная тетрадка с фрагментами из Библии, которые я находил в тех безбожных книгах. В 1986 году мне посчастливилось через одного моего товарища по училищу достать на месяц Библию и я был очень этим счастлив. Господь очень много открыл тогда мне в Своём Живом Слове! Я плакал над Библией от восторга и умиления, каялся в своём несовершенстве и восхищался открывавшейся понемногу неземной мудростью! Я переписать успел себе в толстую тетрадь “Евангелие от Матфея” полностью, некоторые фрагменты из посланий апостольских и полностью книгу “Откровения”. С той общей тетрадью я уже не расставался ни днём, ни ночью. Лишь в 1988 году я купил свою первую Библию. Пришло время свободы! В том же году я впервые пришел в православную церковь, чтобы покаяться и принять крещение. Когда мои родители узнали, что их сын ходит в церковь, то пытались меня "вразумить", остановить. Они думали, что я гублю свою жизнь. Мама говорила: "либо я, либо твой Бог и попы". Но не "попы" меня интересовали. Я влюбился в Иисуса! В церковь я буквально летал на свидание с Небесным Другом. После окончания учебы в художественном училище закончилась моя отсрочка от армии и меня призвали.

С 1989-91 годы я служил в Подмосковье в полку при офицерских курсах. Господь много раз спасал жизнь с самого начала службы, но особенно Его забота мне, как верующем была явлена в последние пол-года. К нам в роту назначили нового командира. Это был не просто офицер, т.к. его отец был командующим военным округом в звании генерал - полковника, а тесть - прокурором по московской области. Этот офицер держал себя гордо и заносчиво с другими офицерами и тем более с солдатами. Он был атеистом и с самого первого дня службы у нас он пытался унизить меня разными способами, постоянно по любому поводу и без повода меня сажали на гаупвахту и чаще всего в карцер, как "религиозного фанатика". После гаупвахты отправляли в наряды, давая самую грязную работу.

Ставили в наряды вместе с молодыми солдатами для того, чтобы я заставлял их работать вместо себя. Ротный командир раздражался от того, что ему докладывали, что я не заставлял их работать а сам выполнял самую тяжелую работу. Он считал, как и многие другие офицеры в полку, что верующие - это изгои общества. Но чем дальше шло это противостояние, тем больше он убеждался, что меня сломить не возможно. Библия говорит: “Дети! вы от Бога, и победили их; ибо Тот, Кто в вас, больше того, кто в мире” (1Иоан.4:4). Если в нашем сердце Живой Бог, то ничто не сможет нас сломить в этой жизни. Слава Иисусу! Однажды этот офицер поклялся меня посадить в дисбат (воинскую тюрьму), добавив потом, что живьм я оттуда не приду. Меня опять посадили в карцер и и в нарушении всех воинских уставов и человеческих правил, держали там полтора месЯца. Те кто знает карцер не по наслышке, те понимают, что находиться столько времени там не возможно. Не смог бы и я выжить в таких условиях, если бы не Господь Иисус, Который укреплял меня в этих испытаниях.

Карцер был настолько холодным, что когда меня освободили в последних числах июня, то там еще был лёд. Это была очень маленькая комната, где царил постоянный полумрак. Мебели нет никакой и только иногда, если попадался хороший офицер, то давали деревянную постель - нары и еще реже шинель. Но если есть и то и другое все равно спать было не возможно так как только забывался сном, сразу же приходилось просыпаться от холода и делать зарядку, чтобы хоть немного согреться. Там почти не кормили и, что было еще хуже мало давали пить. В дневной рацион входила лишь кружка тухлой воды. Туалете был лишь один раз в сутки, на который давали 3 минуты. Приходилось бегом бежать туда и обратно и если неуспеваешь, то были разные наказания, и что хуже всего, что продлевали срок. Самое тяжелое испытание, наверное, было в том, что мне не говорили всего срока сразу, а постоянно добавляли 1-3 суток.

Несколько раз причину, для того, чтобы добавить еще одни сутки находили в том, что я отказывался снимать свой нательный крестик. Мне говорили, что я не выйду с гаупвахты, пока меня не отправят в дисбат. Когда заканчивался месяц моего прибывания в карцере, то я был похож на выжатый лимон. В голове только одна мысль - "Быстрее бы все это кончилось". Я был согласен хоть в дисбат, хоть куда, лишь бы выйти из этих стен. На гаупвахте ломали людей и офицеры придумывали разные издевательства. Популярной процедурой был "аквариум". Это когда арестованному в камеру наливали несколько ведер воды и бросали совок хлорки. Человек задыхается, текут слезы и сопли. Обычно это заканчивалось тем, что солдата вытаскивали за руки и ноги а кто-то из офицеров шутил при этом Мол, "дизинфекция". Бывало, что солдат избивали сапогами или прикладом автомата. Одним словом, делалось все, чтобы сломить человека и показать что он - ничто. В нечеловеческих условиях лишь Бог помогал оставаться человеком, не ожесточаться, как другие арестованые, а молиться и в молитве находить утешение. Окончательно обезсилив после месяца заключеня, я буквально возопил к Богу. Я попросил Иисуса, чтобы Он пришёл и помог мне, как он помогал другим узникам. Еще до армии я читал рассказ о великомученнике Георгие (Победоносце), как к нему, после того, как его избили и полуживого бросили в камеру, пришёл Иисус Христос и исцелил его, так, что даже не верующие охранники уверовали и восклицали: "Велик Бог христианский".

Я говорил Господу: "Христос я же христианин и к кому мне обращаться кроме тебя? Помоги". Я продолжал молиться, как вдруг неожиданно увидел потрясающее видение. Это было в первый раз в моей жизни, когда вот так Я увидел Господа! Это был Иисус! В начале я увидел много необычайно яркого света, который был даже ярче чем солнце, но он не слепил меня. До того я целый месяц не видел яркого света, даже электрического, а тут даже глаза не резало. Кстати, когда это видение закончилось, то у меня перед глазами даже не бегали "зайчики". Свет был необычным. Он согревал меня, проходя насквозь и не оставляя теней или полутонов. Мое сердце сильно билось от восторга и забеспокоившая до того мысль, что наверное схожу с ума, ушла быстро, потому, что стало так хорошо, как после первого покаяния, даже еще лучше. Мне не с чем было сравнить и сейчас когда пишу эти строки, то мне трудно передать все те ощущения и переживания. Представляете дорогие братья и сестры как тогда прекрасно быть с Иисусом целую вечность на Небесах! "Но, как написано: "не видел того глаз, не слышало ухо, и неприходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим его" а нам Бог открыл это Духом Своим;" (1 Кор 2:9-10). В этом ярком свете, который заливал всю камеру где я стоял в великом благоговении и восторге, я увидел приближающегося Иисуса с распростертыми для объятия руками. Он был еще ярче, чем этот свет вокруг. Его платье было все из этого света и походило на священическую рясу. Особенно незабваемы - его глаза и улыбка. Я во-первых не ожидал, что он вот так просто придет ко мне, а во-вторых не думал, что Он такой жизнерадостный, довольный, улыбающийсЯ! Его глаза смотрели с восторгом и большой любовью! У меня в голове еще пронесся вопрос: "За что он меня так любит?". Но все стало понятно сразу же. Он любит не за что-то, а просто он не может не любить! "Бог есть любовь!" (1Ин. 4:8) С такм восхищением и любовью он смотрит на каждого из нас! Он любит очень сильно каждого человека, только многие на земле об этом, либо еще не знают, либо забывают. Сколько буду жить на этой земле, Я буду говорить о его любви! Я это пообещал Иисусу! Я пробовал через несколько лет после этого видения нарисовать Иисуса так, как я Его тогда увидел, но все было напрасно. Невозможно даже приблизительно передать Его красоту и величие, кротость и довольство и т.д. Даже самый прекрасный рисунок или полотно иконы или фрески выглядят как дружеские шаржи, что рисуют уличные художники для прохожих-дилетантов. Лишь вечность может открыть нам Иисуса таким, какой Он есть! Иисус улыбался и подходил все ближе и ближе и становилось очень хорошо! Мои внутренности, как будто бы плавились, а сердце буквально готово было выпрыгнуть из груди, но было ни капли не больно, а наооборот хорошо и приятно. Я чувствовал себя как ребенок, а Иисус смотрел с таким восторгом, как мамы или папы восхищаются первыми шагами своего дитя. Я готов был лишь идти к Нему, но в этот самый момент видение закон-чилось и я вновь видел перед собой темную стену карцера. Хотя мои глаза уже не видели Иисуса, но все мое тело, душа и дух ликовали от Его присут-ствия, Господь стоял близко, но я Его уже не видел. Потому, что если бы видение еще немного продли-лось, то просто был бы уже на Небесах в Его прекрасном Раю. Господь может нас быстро забрать к Себе и каждый верующий, бывает обращается к Богу с такой молитвой: "Возьми меня к Себе, мне тяжело на земле. Я хочу быть с Тобой мой Милый и Любимый". И Господь обязательно нас возьмет к Себе, но пока на земле Ему нужны "сосуды", проповедники Его милосердия, которые будут говорить людям, разуверившимся - о вере святой, отчаявшимся - о надежде на Бога, озлобленным и жестоким - о Его любви! Господь помазал нас, христиан, “благовествовать нищим и послал нас исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу, проповедовать лето Господне благоприятное” (ср. с Ис. 61:1-2).

Последние недели две моего заключения в карцере были одни из самых счастливых дней в моей жизни. Господь постоянно присутствовал со мной там и Его присутствие "не выветривалось". Внешне ничего не изменилось. Я также почти не ел и не мог спать, также было холодно, офицеры продлевали срок и не давали надежды на освобождение, но внутри все было другое. Не оставалось и тени уныния или депрессии, как было до того, а только непрестаннаЯ радость! Я круглые сутки пел и молился, восхваляя Бога. Даже мое тело, а не только душа и дух, стало другим. Я чувствовал себя отдохнувшим и сильным, как буд-то я не в карцере сижу, а где-нибудь на курорте отдыхаю. Это было чудо. Хотелось с кем-нибудь поделить эту радость, но я был один. Каждый вечер, когда заступала новая рота в караул и в камеру заходил офицер с солдатами, то я себя еле сдерживал, чтобы мне не кинуться обнимать этих людей, и безуспешно я пытался изобразить серьёзную физиономию на своём лице. Я не мог не улыбаться. Некоторые наверно думали, что я сошел с ума, но даже эти неверующие люди чувствовали в моем карцере что-то сверхъестетсвенное и быстро уходили, оставляя меня вновь одного. Меня уже не тяготили мысли о дисбате и я думал о том, что если со мной такой Иисус, то даже в любом концлагере для меня будет рай. С таким Иисусом ничего на земле уже не страшно. Слава Богу!

Меня освободили в конце июня и через день уволили из армии последним в полку. Я счастлив, что в том же 1991 году Господь сотворил не только это потрясающее чудо, но и другие не менее важные чудеса. Первое - это то, что Он подарил мне прекрасную жену. Моя Нина готовилась в монастырь, а я ведь тоже имел уже серьёзные планы быть монахом. Но Бог спас нас от этого неправильного шага, и мы встретили друг друга. Теперь у нас пятеро детишек. Одним словом домашний монастырь! Второе чудо, что сделал Господь в том же году - это мое рукоположение в Русской православной церкви. В 1991 году на праздник Преображения Господнего меня рукоположил в дьяконы архиепископ Рязанский и Касимовский Симон в Борисо-Глебском кафедральном соборе г.Рязани, а уже через месяц я был рукоположен в иереи (священники). Начиналась новая страница в моей жизни. Теперь меня называли не просто Сережа, а “отец Сергий” и всякий подходящий ко мне целовал руку. Власть и деньги чуть не вскружили голову. Как и других священников меня пытались вербовать и КэГэБэшники... Соблазнов вокруг оказалось великое множество, и главным образом - “деньги, деньги и ещё раз деньги”. Меня спасало то, что я стал священником, будучи рожденным свыше человеком, в отличие от многих других молодых священников, которые в большинстве своем даже не открывали в жизни Библию?! Я этому факту очень сильно удивился в своё время. Хотя и сейчас есть духовные семинарии на Украине где Библию 2-3 раза (!) открывают за все 4 года обучения, и то , как правило не для изучения, а для коментария на какую - нибудь тему?!?

Когда увидел закулисную жизнь современного религиозного правосла-вия, я был в ужасе. Я не мог себе и представить, что творится за ширмой красивых иконостасов и алтарных завес. Снова и снова я вспоминал, в первые месяцы своего служения в качестве священника православной церкви, слова Иисуса Христа, обращенные к современным Ему священникам, книжникам и фарисеям: "дом Мой домом молитвы наречет-ся; а вы сделали его вертепом разбойников" (Мф. 21:13).
"...На Моисеевом седалище сели книжники и фарисеи; ... по делам их не поступайте, ибо они говорят, и не делают: связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям, а сами не хотят и пальцем двинуть их... Горе вам... лицемеры, что уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззако-ния", т.е. греха. Перечитывая эту 23 главу Евангелия от Матфея я и сейчас плачу, видя перед собой современных лицемеров в рясах с крестами и панагиями на груди, "... когда они снова распинают в себе Сына Божия и ругаются Ему" (Евр. 6:6). Иисус сейчас стучится в двери православных храмов и говорит: "Се стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мои и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним и он со Мною." (Откр. 3:20). Я верю, что через эти строки многие другие Православные священ-ники "услышат" Иисуса и "откроют" Ему двери своих сердец и церквей.

Сам став священником, я был поражен той безнравственностью, что окружала меня. Даже неверующие в Бога люди, которых я знал до того, были порой больше похожи в жизни своей на христиан, нежели многие из священников и дьяконов, монахов и монахинь, окружавших тогда меня. Гомосексуализм и другие всевозмож-ные сексуальные извращения, блуд и пьянство, курение и даже наркомания сильно были распространены среди священно-церковнослужителей церкви. Еще больше меня удивило то, что вся эта религиозно - мафиозная струк-тура сверху до низу чрезвычайно коррумпирована. Без взяток боль-шинство священников вообще не мыслят жизни в церкви?!? Сегодня во многих Епархиях не только рукоположение не возможно без взяток, но и мало - мальски приличный приход не возможно получить , “не подмаслив”?!? В Библии сказано, что "корень всех зол есть сребролюбие (т.е. не сами деньги, а любовь к ним), которому предавшись, некоторые уклонились от веры и сами себя подвергли многим скорбям. Ты же, человек Божий, убегай сего..." (1 Тим. 6:10,11). На трех грехах люди, а особенно служителя Божьи, чаще всего спотыкаются:
а) сребролюбие;
б) гордость, и
в) блуд, прелюбодеяние.
Библия же поясняет почему это происходит: "ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою... Они заменили истину Божьей ложью и покло-нялись и служили твари вместо Творца, Который благословен во веки, аминь. Потому предал их Бог постыдным страстям..." (Рим. 1:18-32). Есть один выход - вернуться к Творцу и поклониться, покаявшись пред Ним!...
Среди различных испытаний в земной жизни есть величайшее утешение от Бога - это семья. И Бог меня благо-словил самой прекрасной на свете супругой и детишками! Слава Ему! Это тоже свидетельство славы Божьей. Моя Нина, когда мы только еще лишь познакомились, готовилась поступить в женский монастырь. Она была исправной прихожанкой православного храма и именно в монашестве тогда видела идеал христианки. Я тоже был "без пяти минут" монахом. Еще до армии я напугал родителей своим заявлением, что буду монахом, и планировал идти в Троице - Сергиевую Лавру под Москвой. Когда же мы увидели друг друга, то я понял, что все, мой монастырь закончился ! Конечно, были месяцы внутренней борьбы и разногласий. Священники нам говори-ли, что этот брак не от Бога, что наши судьбы - монашеская жизнь и т. д. ... Я говорил Богу, что не хочу жениться, если этот брак будет не к славе Твоей. "Если брак уведет меня от Тебя, то лучше забери меня прямо сейчас на небеса", - так я говорил Иисусу перед окончательным решением жениться.

Сейчас я твердо знаю, что Бог не хочет нас, живых христиан, прятать по монастырям. "Не хорошо быть чело-веку одному" (Быт. 2:18), - сказал Господь и создал не монастырь, а нормальную семью.
Несколько раз нам с женой врачи говорили, что у нас не будет детей, но пройдя через разные испытания, мы получали, как подарок свыше, каждого нашего ребенка. Слава Богу! Если вы читаете эти строки и люди-врачи говорят, что у вас не будет детей, то прямо сейчас доверьтесь Богу - Врачу, - Которому все возможно! Мы, люди, можем лишь предполагать, но располагает всем Бог...

Когда-то я плохо относился к христианам других деноминации. Семинарские учебники по "сектоведению" говорили, что католики - это еретики, баптисты - "зловреднейшая из сект", пятидесятники и харизматы - сатанисты и т.д. Я после таких книг начинал думать: "Слава Богу, что когда я пришел к Нему, я не влип ни в какую секту, а попал в православие".
К сожалению, в этих учебниках выливались потоки откровенной лжи, как я узнал потом, на всех других христиан. Сейчас я , как священник, и преподаватель бываю в гостях в разных евангельских церквях и проповедую и баптистам и пятиде-сятникам, но если бы вы мне сказали лет шесть еще назад об этом, то я не поверил бы и ответил бы что это невозможно.

Сегодня я благодарен Богу за то, что Он изменил мое сердце и разум и сейчас Я каждого рожденного свыше (Ин. 3:3,8) христианина, признаю-щего Иисуса своим лиЧным Господом и Спасителем, могу назвать своим братом.
В 1998 году Господь мне во сне сказал о том, что чтобы спасти меня как священника из моих заблуждений. Ему понадобилось больше усилий даже чем чтобы спасти наркомана, алкоголика или проститутку! В самом деле - религиозные заблуждения хуже любого опиума. Но моЯ реформациЯ наЧалась Через Библию.

Однажды, уже в 1996 году, я вновь, найдя, открыл свою Библию и услышал глубоко в сердце такие слова: "Сережа, посмотри. Вот почему тебе становилось все хуже и хуже. Вот почему Я становился все дальше и дальше для тебя. Мое Слово, живое и действенное ушло из твоих рук...". Плача, я ответил Ему: "Прости". Я сказал: "безопаснее доверять Твоему Слову. Слишком много разных противоречивых учений в церкви и вокруг меня. Безопаснее доверять Библии".
Так наЧалась моЯ реформациЯ! Это ещё одна ступенька к Живому Богу!
В том 1996 году я познакомился с некоторыми верующими из евангельских церквей. Один из них, Григорий, дьякон церкви пятидесятников, дал мне прочесть книгу проповедей пастора Эрло Штегена "Время начаться суду с Дома Божьего". Честно говоря, я не хотел эту книгу читать, но взял ее и пообещал прочесть после того, как брат Григорий взял сперва мою книгу о разных преданиях человеческих. Я ему дал прочесть “земную жизнь пресвятой богородицы”, т. к. тогда я очень сильно поклонялся ей, не мысля и одного дня без чтений акафистов и молитв, обращенных к ней. Я был тогда в сильнейшем обольщении и лишь через Слово Божье я впоследствии смог освободиться от него!

Читая проповеди брата Эрло, я был поражен тем, как этот человек любит Иисуса! С первой и до последней страницы не было ничего с чем бы я не соглашался. О чем я думал и переживал, это было в той книге. Я подумал: "Протестант, а какие православные вещи пишет". Я начинал плакать и каяться и говорить Богу: "Прости, что я осуждал всех протестантов и там есть люди, которые любят Тебя". Именно после этой книги я бросился искать свою полузабытую Библию, которую уже года два перед тем практически не откры-вал. Прочитала эту книгу и моя Нина. Бог тоже коснулся ее сильно и она говорила: "Сережа, помнишь, когда мы только поженились, то спорили о баптистах?".

Я вспомнил, что Нина рассказывала еще тогда об одной баптистке, ее знакомой. Эта пожилая женщина, по словам её, всегда все разговоры незаметно переводила на Иисуса. Потом она пела о Нем и плакала. Эта женщина умерла, а Нина меня спрашивала: "Неужели она не в раю?". Я был категоричен и сказал, что “если не покаялась и не стала православной, то, конечно же, пошла в ад"! Тогда в 1991 году я говорил: "Нина, не заблуждайся. Если мы, православные, едва спасаемся, то где же они, протестанты, объявятся", перефразируя Библию. В 1996 году Бог менял мои представления о Церкви.
ЦЕРКОВЬ - ЭТО СОБРАНИЕ ВСЕХ ВЕРУЮЩИХ В ИИСУСА КАК НАСТОЯ-ЩЕГО ХРИСТА, СЫНА ЖИВОГО БОГА, РОЖДЕННЫХ ОТ ВОДЫ И ДУХА СВЯТОГО!
Церковь нельзЯ ограниЧить какой - либо деноминацией.
В любой церкви поместной и конфессии есть лицемеры, приспособленцы, лжецы, но и в любой церкви вы можете встретить искренне верующих людей, любящих Господа Иисуса!

Ни одна церковь, ДЕННОМИНАЦИЯ, ЮРИСДИКЦИЯ не может и не имеет права пытатьсЯ монополизировать Духа СвЯтого! "Дух дышит, где хочет..." (Ин.3:8) Куда же хочет дышать Дух? "А вот, на кого Я призрю: на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред Словом Моим" (Ис. 66:2)... Я помню, как я впервые в своей жизни был на богослужении христиан веры евангельской (пятидесятников). Специально это не планировал, но оказавшись вечером в райцентре около "дома молитвы" я вспомнил, что обещал брату Григорию как-нибудь зайти. "Почему бы не зайти к братьям меньшим - пятидесятникам", - поду-мал я и зашагал к зданию где уже вовсю шло собрание. Уже возле него на меня напал страх. Ведь это же маленький городок, где многие друг друга знают и если я сейчас побываю на служении, то уже завтра горожане об этом только и будут говорить. Но потом я все же решился и перекрестившись я “запечатал” - перекрестил и дом молитвы, и попал внутрь. Одна девушка, онемев от удивления, когда увидела “попа” пальцем указала на самую крайнюю дверь, ведущую уже в сам зал. Я, ничего не подозревая, открыл её и сделал два - три шага вперед, еще не осознавая случившегося. Я вдруг оказался, представьте себе, прямо перед трибуной (кафедрой). Все присутствующие на собрании онемели, а у старичков впереди открылись рты. Не вдруг мне все стало ясно, т.к. все вокруг не ассоциировалось у меня с церковью. Не было икон, крестов, облачений и кадил. Все было очень просто и скромно... Пока я все оглядывал и пытался сконцентри-роваться, вся церковь еще более внимательно рассматривала меня. Чувствовал себя каким-то Каспером - привидением. Их можно было понять, ведь в этой церкви почти за столетие существования еще ни разу не было живого батюшки православного, а здесь внезапно появляется "поп" среди собрания, без предупреждения и прямо возле кафедры. Кстати, одной женщине в этой церкви перед тем снилось это происшествие и что у них проповедует православный священник. Но ей даже муж не верил. А здесь на тебе...

Когда все, наконец-то, успокоились, то меня усадили среди гостей и собрание пошло своим чередом... Люди вдруг все вместе запели прекрасную песню о любви Божьей и я снова и снова повторял Богу: "Прости, что я плохо думал об этих людях, и плохо говорил на это место". Сильное присутствие Бога буквально физически охватило меня и я еле мог уже контролировать себя и еле-еле сдерживал слезы. Люди пели:
Любовь Христа безмерно велика;
Начала нет и льется как река;
И как волна лобзает берега;
И глубока, светла и широка;

Припев:
И если б не было любви,
Любви Христа, мы б не смогли
Иметь надежду вечно жить
И как Спаситель всех людей любить.

Он возлюбил тебя и меня давно
Он возлюбил и тех, кто лишь одно
Твердили "нет" и поднимали смех,
А Он с любовью призывает всех!

о, если б знал живущий на земле,
Любовь Христа, лишь ею дышат все!
И если б Бог любовь отнял на миг,
То этот мир давно б уже погиб.

Приди к Нему, скорей, Тебя Он ждет,
Давно стоит у каменных ворот
Стучит к тебе, открой! Уже пора!
Прими любовь без злата, серебра!


Последний раз редактировалось: hristiana (Сб Сен 18, 2010 1:47 am), всего редактировалось 3 раз(а)
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Сб Сен 18, 2010 1:39 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

С 1991 по 1996 годы я был настоятелем приходов в Рязанской, а затем в Брянской областях. Я знал десятки и сотни священно-церковнослужителей разного уровня, но искренно верующих, или ищущих Бога, среди них, к сожалению, было мало. Общаться мне с другими священниками и епископами было очень трудно, так как некоторые из них без водки вообще не представляют себе "иерейского", а тем более "архиерейского" общения, у других все разговоры лишь о женщинах или мужчинах, в зависимости от сексуальной ориентации священников-собеседников. Во многих епархиях, семинариях и монастырях даже нижние священнические одеяния - подрясники называют не иначе как (прошу прощения у читателей) "пидорастники", и одно уже это показывало мне, к ужасу, всю ту грязь, то болото, в котором оказалась моя поместная Церковь.

Один священник Московского Патриархата, отец А... недавно мне сказал, что в Российском Православии и сейчас пока ничего не меняется в лучшую сторону, и "если ты не фашист или не голубой, то никакую "духовную" карьеру в этой церковно-мафиозной структуре не сделаешь". Смотря на все это, я не мог для себя найти объяснение происходящему в современном Православии. Каждый раз, сталкиваясь с подобной мер-зостью, грехом, лицемерием, скрывающимся за красивым фасадом религиозности, я отказывался верить в то, что вся структура церковная прогнила насквозь, полагая, что есть где-то много истинно-православных священно-церковнослужителей. Больно было видеть как во многих храмах творятся беззакония. Но, слава Богу, Церковь жива, потому что наш Бог живой, и среди любого собрания людей, именующих себя Церковью Христианской, есть искренние, ищущие Бога люди. Именно они и есть настоящая Церковь. Я видел много таких прихожан в Православных храмах рязанщины и брянщины, где люди часто искренно тянулись к Богу. Божье сердце болит за этих обманутых священниками и монахами людей, и Господь говорит "… гибнет народ Мой из-за недостатка ведения". Недавно я разговаривал с одним священником настоятелем храма в киевской области, который пришел на евангелизацию и задал ему вопрос: "А вы сами спасены, или нет?". Он не мог вначале ничего ответить утверди-тельно, а потом сказал: "Пусть Бог Сам решит где я буду: в раю или в аду. Не знаю спасен я или нет. Да и как я могу быть в этом уверенным?". Друзья, если священник сам о себе ничего не знает, то что он может знать о людях? Если он сам не спасен, то как он может нести спасение людям? Если он сам не пережил рождение свыше, любовь Божью, то о чем он будет проповедовать? К сожалению, это не из ряда вон выходящий случай, а довольно обыденный. Я помню, как я покаялся впервые в храме и сразу почувствовал прощение Божье. Затем из Библии я узнал, что это так и есть на самом деле, но когда я прочел семинарские учебники о спасении, то был страшно разочарован. Оказалось, что многие старцы-монахи, которых называют "святыми" и "преподобными", сами не знали: спасены ли они или нет?! Некоторые из них жили десятилетиями на столбах и в тесных пещерах, горах и пустынях, иссушая себя чрезмерными постами, а когда они умирали, то говорили, что вероятнее всего пойдут в ад!? А ведь многие из них очень авторитетны в современном Православии, им молятся, ставят свечки…?!

Путь спасения намного проще, чем люди себе обычно представляют, ведь "…всякий, кто призовет имя Господне, спасется" (Деян. 2:21), и "… возмездие за грех - смерть, а дар Божий - жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем" (Рим. 6:23). Эти монахи-садомазохисты лучше не морочили бы голову себе и людям, а открыли бы Библию, где все просто и ясно сказано. Очень часто в жизни получается так как в фильме про доктора Айболита, где Бармалей с товарищами поет: "нормальные герои всегда идут в обход". Не надо идти в обход, как этому учит религия, но необходимо встать на прямой Евангельски путь!

На небеса, в рай, один путь - Иисус ХРИСТОС! (сравн. Ин. 14:6).
В 1996 году, когда я познакомился с христианами веры Евангельской - пятидесятниками и харизматами, то увидел в этих церквях истинное Православие, которое я так долго искал в “ритуальном христианстве”.
ПРАВОСЛАВИЕ - ЭТО ЗНАЧИТ ПРАВИЛЬНО СЛАВИТЬ ГОСПОДА, ПОКЛОНЯЯСЬ ЕМУ В ДУХЕ И ИСТИНЕ (сравн. Ин. 4:24).

Порой люди сами называют себя православными, но не славят Бога так, как учит Библия. Теперь я знаю многих из баптистов, пятидесятников, харизматов, католиков, православных и адвентистов, которых я могу назвать истинно-православными. Не все то золото, что блестит. Бога не удивишь религиозной мишурой и "бижутерией", но Он радуется, видя наши открытые сердца. Бог говорит: "А вот, на кого Я призрю: на смиренного и сокрушен-ного духом и на трепещущего пред словом Моим" (Ис. 66:2б).

В начале я один, а потом вместе с женой, стал посещать богослужения протестантских Евангельских Церквей. Нам нравилось, что богослужения понятны людям, которые не просто пассивно наблюдают за какими-то действиями и обрядами, а сами участвуют в нем.
Сильное присутствие Бога притягивало туда как магнит, но часто я не мог ездить, так как поначалу побаивался не столько своих церковных властей и осуждения прихожан, сколько более всего "иных языков" на которых молились христиане этих церквей. Еще из семинарских учебников я знал ужаснейшие вещи о каком-то бормотании, бессвязной и нечленораздельной речи на собраниях пятидесятников - глосоллалии, и я боялся впасть в заблуждение. Также в то время я сильно молился "богородице", "святым" и ангелам, а на тех собраниях прославляли исключи-тельно Бога - Отца, Сына и Святого Духа! Моя жена сильно меня удивила, признавшись, что раньше, еще до нашего знакомства она тоже молилась на иных языках. Я спросил: "Нина, а почему ты раньше не говорила этого?". Она отвечала: "Но мы об этом даже и не разговаривали раньше". Нина рассказала, что когда она работала швеей-сборщицей изделий, то Господь крестил ее прямо на работе. Она, тогда еще готовясь в монастырь, повторяла Иисусову молитву: "Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешную". Потом, по ее словам, у нее начались произноситься какие-то непонятные слова. Нина говорит, что тогда она восприняла это как какую-то игру, но ощутила сильное присутствие Бога! Она поняла, что Бог ей приготовил какой-то подарок от Духа Святого, но ее священник запретил ей молиться таким образом, а только лишь по молитвослову. И я и моя жена почувствовали, что у наших новых знакомых, то есть у Евангельских христиан, есть то, что мы не получили из-за своих религиозных заблуждений. В один день мы попросили пастора и некоторых верующих помолиться за крещение Духом Святым. Иван Петрович Разгонов, пастор церкви "Благая Весть" в городе Сураже (Брянской области) со своими помощниками молился за нас с возложением рук. Нина в тот же день, вновь, после длительного перерыва, заговорила на иных языках. Она стала такой радостной и счастливой! Я смотрел на нее и не мог до конца понять что же с ней происходит, но по-хорошему ей завидовал. Я подумал, что, видимо, я, как священник, учивший людей стольким заблуждениям, не достоин духовного крещения. Мешали и другие всевозможные сомнения. Больше всего боялся впасть в заблуждения, и думал: "А вдруг я получу не Духа Святого, а демона? Вдруг это прелесть духовная о которой предупреждали святые отцы". Улеглись эти сомнения после чтения Слова Божьего, в котором сказано, что "если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него" (Лук.11:13). Я убедился, что крещение Святым Духом со знамением молитвы на иных языках - это Библейское учение, а не выдумки человеческие. Я стал просить Отца о крещении. В один день, когда мы с женой были дома, Нина предложила мне помолиться о крещении вновь. "Это все очень просто", - говорила она, - "только поверь, прими это и начни говорить, как тебе дает Дух Святой!". Я заблуждался и тогда я думал, что Бог Сам будет говорить через меня помимо моей воли, и когда я получу это крещение, то это будет чуть ли не с "громом и молниями" и против моей воли. Но на самом деле Бог не насилует нас, а лишь дает этот дар: “и получите дар Святаго Духа.” (Деян.2:38) Мы, доверяясь Ему как своему Отцу, в послушании должны принять этот дар и начать говорить. Ведь Бог нас не будет заставлять это делать. Если вы уже спасенный человек, христианин, то прямо сейчас вы можете принять от Бога этот дар и начните прямо сейчас, читая эти строчки, молиться и повторять те слоги и слова, что дает вам Бог. Молитесь, не останавливайтесь и никого не стесняйтесь. Только вы и Бог! Аллилуйя! Я помню, в тот день, Нина возложила на меня руки и помолилась, а потом говорит: "Теперь ты сам молись на языках!". "Но я не умею, не могу", - возражал я. Но Нина меня ободряла: "Ты уже крещен, но только стесняешься и сомневаешься. Прямо сейчас говори те слова, которые тебе приходят". А у меня какие-то слова непонятные на уме. Я сказал: "Ты постой здесь, а я отойду и попробую сказать это слово". Так и сделали. Потом Нина спросила: "Ну как, сказал?". Я говорю: "Да, но я его совершенно не понимаю. Это так странно". Ведь я никогда так не говорил до того. Несколько раз в течение часа - двух я отходил и приходил вновь, не решаясь вслух, рядом с женой, произносить непонятные слова. Потом, еще опасаясь за то, что от Бога ли или от дьявола у меня это говорение, я сказал: "Нина, теперь проверь меня, пожалуйста, правильно ли то, что я получил". Мы вместе стали молиться на иных языках и на русском, благодаря Бога за Его дар! "Господь, благодарю Тебя за спасение и крещение Святым Духом!" - снова и снова говорил тогда и повторяю это сейчас я. Слава Иисусу! Моя христианская жизнь после крещения Святым Духом стала качественней, эффективней и лучше. Взаимоотношения с Богом стали более счастливыми и интимными. Нам вместе с Духом Святым так приятно и хорошо, что не возможно это и описать! Лишь те, кто пережил подобное, поймут то, о чем я сейчас говорю. Тем же, кто не пережил еще подобного, я вновь и вновь советую помолиться молитвой спасения и крещения Духом, напе-чатанной в конце этого журнала.
На востоке говорят: "Сколько ни повторяй "халва", "халва" - во рту сладко не станет. Я хочу, чтобы и "вы вкусили, что благ Господь" (1Пет.2:3).

Я ВЕРЮ В ТО, ЧТО УЖЕ В БЛИЖАЙШЕЕ БУДУЩЕЕ НАЧНЕТСЯ БОЛЬШОЕ ХАРИЗМАТИЧЕСКОЕ ПРОБУЖДЕНИЕ В ПРАВОСЛАВНЫХ ЦЕРКВЯХ РАЗНЫХ ЮРИСДИКЦИЙ, ПАТРИАРХАТОВ. ЭТО ДВИЖЕНИЕ ОХВАТИТ СОТНИ И ТЫСЯЧИ ПРИХОДОВ - ОБЩИН НА УКРАИНЕ И ЗА ЕЕ ПРЕДЕЛАМИ. МИЛЛИОНЫ НОМИНАЛЬНЫХ ПРАВОСЛАВНЫХ СТАНУТ НАСТОЯЩИМИ, ИСТИННО-ПРАВОСЛАВНЫМИ ХРИСТИАНАМИ, КРЕЩЕННЫМИ ДУХОМ СВЯТЫМ, НАПОЛНЕННЫМИ ЕГО СИЛОЙ, НЕСУ-ЩИМИ БЛАГУЮ ВЕСТЬ ИИСУСА РАЗНЫМ НАРОДАМ МИРА! АЛЛИ-ЛУЙЯ! АМИНЬ!

В 1996 году я был обвинен "в ереси пятидесятнической" архиепископом Брянским и Севским Мелхиседеком и моим благочинным протоиерем Василием. В епархии давно уже хотели избавиться от священника-диссидента, мешающего все спокойно жить и повод вскоре был найден - сотрудничество с протестантами. По грязно сфабрикованным обвинениям, с помощью лжесвидетелей, я был назван еретиком. Когда я через Слово Божье получил освобож-дение от множества религиозных заб-луждений, то открыто заявил свое-му благочинному, что ПРИНЯЛ РЕШЕНИЕ УЙТИ. Я уже не мог по - совести оставаться в храме и вести прежние служения. Еще до окончательного решения церковного суда в Москве, меня и семью буквально вышвырнули из церковного дома, где мы проживали до того, прислав нового настоятеля на мой приход. Священниками епархии и из Москвы была организована целая компания травли и унижений в мой адрес. Днем и ночью звучали звонки с угрозами о физической расправе над членами моей семьи. Я знал, что это не пустые угрозы, так как для многих священно-церковнослужителей этой, как и многих других епархий, подобные "методы убеждения" и борьбы с инакомыслящими - обычные явления. Обратившись в прокуратуру с этим вопросом и приложив письмо с угрозами, я надеялся на какую-то защиту от властей, но мне сразу же дали понять ясно, что без больших денег мне нечего делать в суде. Люди отвернулись от нас, НО ГОСПОДЬ БЫЛ С НАМИ! Моя жена первые недели была беременна и, узнав об этом, эти люди стали звонить чаще и почти всегда, когда меня не было дома. Священники пытались через жену повлиять на меня и таким образом “вернуть в лоно Православия”. Я заставал жену в слезах, но она не всегда говорила об их причине. В конце концов, у Нины на нервной почве был выкидыш. Мы очень переживали, тем более, что врач-гинеколог мне сказал, что "Нина тяжело все это перенесла и, возможно, у вас не будет больше детей". Быстро закончились деньги и я устроился сторожем, подрабатывая по ночам. Я был буквально на пороге отчаяния, оставаясь один с двумя детьми, а по ночам дежуря сторожем, ведь врачи пугали меня еще и тем, что состояние Нины находили весьма критическим и опасались за ее жизнь. Это было время большого испытания и я около месяца находился в страшном борении, не находя в себе сил от всего сердца простить благочинного "отца" Василия и других священников. Я говорил Богу, что прощаю их, потому что понимал, что должен это сделать, но через день - два, когда вспоминал о них вновь, чувствовал в сердце настоящий вулкан непрощения. Это было адом на земле. НЕПРОЩЕНИЕ - принцип ада и сатаны, а ПРОЩЕНИЕ - характеристика Бога и спасенных Им людей. Дьявол не хотел просто так отпускать священника и один Бог знает, что я тогда испытал. Слава Богу! Сейчас я молюсь за православных священнослужителей, прося Бога помочь им, как Он помог мне тогда вырваться из сатанинских лап религиозного оккультизма, духов колдовства и лжеучений. Я верю, что и в наши дни Дух Святой скажет: "Наконец-то "и из священников очень многие покорились вере" (Деян. 6:7б)".

Я помню ту ночь, когда я пришел в дом молитвенный, чтобы сторожить его до утра и, к ужасу своему, обнаружил, что не хочу славить Бога, благодарить и поклоняться Ему. Мне стало страшно от этого состояния и я буквально заставил себя молиться. Открыв сборник христианских песен, я пел вначале почти без желания, а затем, когда я исполнился Духом Святым, все сильнее и громче. До полуночи я пел это псалом:
"Славьте Бога, славьте в песнопениях, Славте, славьте
жизнью всей своей; В стройном пенье, в радостном хваленье,
Средь мучений и среди скорбей!!!

Славьте Бога, (Славьте вы Бога) Славьте всей душой! Нас Он спас Собой! "Славьте Бога, (Славьте вы Бога) Слава вечная Ему!!!

Сильное присутствие Бога охватило всего меня и я с восторгом благодарил Его. Если в начале я с большим трудом молился и пел, то исполнившись Духом Святым всё абсолютно изменилось и прославлять Бога стало легко и приятно. Позже я уснул и видел интересный сон, где ангел Божий показывал мне необычные вещи. Среди прочего, в самом конце, он показал смерть одного человека без покаяния. Я узнал отца Василия в том полуразложившемся теле, лежащем на кровати. И тут же, в Духе, я увидел что происходит не в физическом, а в духовном мире. БОГ ПЛАКАЛ. Это невозможно сейчас описать словами, но я вдруг почувствовал страшнейшую и нестерпимую боль, отчаяние, все что чувствовал Отец Небесный. Потом мне было сказано, что я почувствовал все это лишь настолько, насколько мог выдержать человек, но боль в сердце Бога поистине космического масштаба. Я не мог бы поверить до того, что все это возможно из-за одного непокаявшегося грешника!? Я понял, что как радость на небе и об одном грешнике кающемся, так и драма, неописуемая трагедия об одном грешнике непокаявшемся. Настолько любящий наш Отец, что с Ним невозможно никого из людей сравнить! Я не мог терпеть этой боли и начал сильно плакать и рыдать, говоря: "Боже, помилуй его, лучше меня отлучи от Себя, но его помилуй". Я молился так и рыдал за этого священника, что проснулся от того, что захлебывался от слез. Сердце разрывалось от боли. Я лишь вновь и вновь повторял ту же молитву: "Боже, спаси его и помилуй ради Иисуса! Боже, лучше меня отлучи от Себя, только помилуй его". Я молился на языках, рыдал, каялся от сильного присутствия Бога. Два-три дня я был под впечатлением этого сна и не мог молиться ни о чем и ни о ком другом, кроме как об о. Василии и тех других грешниках: священниках и епископах.

До этого Божьего откровения я не мог понять слова апостола Павла из Послания к Римлянам "я желал бы сам быть отлучен от Христа за братьев моих родных мне по плоти" (Рим.9:3). Я думал, что Павел это сказал в пылу полемического красноречия, но не мог поверить, что эти слова именно выражали то, что Павел осознавал отчетливо. Ведь он знал Христа, Который призвал раввина Савла быть апостолом, он знал, что такое рай и ад, но однако, готов был быть "отлученным от Христа" и при том за неверующих, родных лишь по плоти людей. После этого откровения во сне я понял, что такие слова не мог Павел написать сам от себя, но лишь от Духа Божьего. Мы люди сами по себе не в состоянии так любить других людей, даже близких, не говоря уже о врагах. Еще вечером я не мог справиться с собой и простить врага, а утром я плакал от любви к этому человеку и умолял Бога его простить! Сколько времени прошло, а я все помню тот сон и сейчас также молюсь за православных епископов и священников, которым так нужен Живой Бог. Бог не может спасать насильно, игнорируя нашу волю. Он любящий, но Он и справедливый. Господь не нарушает духовных законов, которые сам и утвердил. Бог не может изменить своему Слову - Библии. Он, хотя и Всемогущий, но не может заставить человека идти на Небеса, хотя и страстно "хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины" (1-е Тим.2:4). Каждый из нас сам должен принять самое важное в жизни решение - куда ему идти после смерти и с кем ему быть здесь на земле. Ад или Рай - сам выбирай!!! Господь Бог говорит сегодня каждому человеку на этой замле: “жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие. Избери жизнь... ” (Втор.30:19)!!!

Однажды год тому назад во сне Господь сказал мне: “для того, чтобы спасти тебя, Мне понадобилось больше усилий, чем для того, чтобы спасти наркомана, алкоголика или проститутку! Цени то, что ты имеешь! Дорожи тем, что Я тебе дал...”. Я проснулся, а в ушах всё ещё звучал голос Отца! Я так благодарен Ему за спасение, за вечную жизнь!!! Спасён я, выходит, был дважды: во-первых когда первый раз покаялся во всех грехах своих, а во-вторых спасён был от страшных религиозных заблуждений, когда Господь вернул меня на ЕВАНГЕЛЬСКИЙ ПУТЬ!!!
Господь показал мне в видении как реформация и обновление Православной и других Христианских Церквей вскоре будет разливаться как огненная река по всей Украине!!! Миллионы номинальных Православных примут спасение и крещение Святым Духом, станут подлинно - Право-славными Христианами, верующими и живущими по - Евангельски!!! Слово Божье должно уже вскоре исполниться: религиозно - мафиозные структуры “Блудницы” будут посрамлены, а НЕВЕСТА ИИСУСА ХРИСТА - ЦЕРКОВЬ ИСКУПЛЕННЫХ БУДЕТ ПРО-СЛАВЛЕННА!!!
“Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любовь Бога Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами. Аминь.” (2Кор.13:13)


ДОРОГИЕ БРАТЬЯ!
Публикуемая статья - это одна из глав новой книги "Живая Церковь", которую я хочу издать. Кроме моего личного свидетельства "Мой путь к Живому Богу" в этой книге будут главы о истории христианства по материалу моих лекций, которые я читал в колледже “святого Иакова”, институте "Иисус Навин" и других библейских школах, где я сейчас преподаю или преподавал ранее. В своей книге хочу поделиться тем, что мне открыл Бог о реформации Православия и всей Церкви на Украине и по всей земле, как Тела Христова, о том, как возникали различные заблуждения: 1)молитва за умерших, 2)поклонение иконам, 3)молитвы Марии как “богородице” и святым как “посредникам” и “ходатаям”, 4)антисемитизм, а также многие другие материалы, важные для Евангельских Христиан Православных и Протестантских Церквей. Тем более, что многие из этих исторических материалов малоизвестны, но так полезны, в особенности для пасторов, священно-церковнослужителей разного ранга, евангелистов и миссионеров....

Ваш брат во Христе,
архиепископ Сергей Журавлёв.

http://www.evangelie.ru/books/Forum6/HTML/000015.html
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Пт Фев 14, 2014 6:47 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

ОТКУДА ВСЁ ЭТО ПОЯВИЛОСЬ?
П. И. Рогозин


Оглавление:

1. Небесное и земное

2. Предания

3. Поклонение мощам

4. Молитва св. угодникам и Деве Марии

5. Иконопочитание

6. Молитва за умерших

7. Индульгенция

8. Канонизация

9. Исповедь

10. Покаяние

11. Крещение

12. Миропомазание

13. Елеосвящение

14. Евхаристия

15. Непорочное рождение самой Девы Марии

16. Непогрешимость папы

17. Непогрешимость православной церкви

18. Священство

19. Безбрачие священников

20. Монашество

21. Рукотворенные храмы

22. Каждение

23. Употребление четок

24. Церковные богослужения

25. Церковное пение

26. Сектантство

27. Возрождение

28. Спасение

29. Хронология

1

НЕБЕСНОЕ И ЗЕМНОЕ

Слово Божие и человеческие установления никогда не были дружны.

“Блажен читающий и слушающий слова пророчества сего, и соблюдающий написанное в нем; ибо время близко. И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей. И если кто отнимет, что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни и в святом граде и в том, что написано в книге сей” (Откр. 1,3; 22, 18-19).

“Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатию Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое впрочем не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово.

Но если бы даже мы, или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема” (Гал. 1, 6-8).

Из приведенных выше слов Священного Писания мы видим, что Бог под угрозой проклятия и вечной гибели запрещает прибавлять, убавлять, умалять и изменять что-либо в учении Иисуса Христа и Его апостолов.

Однако исторические факты, с которыми читатель познакомится на страницах этой книги, свидетельствуют о том, как легко человек отступает от истины Св. Писания и как постепенно переходит он от одного заблуждения к другому, открыто нарушая волю Господню.

В течение первого и половине второго веков учение Христово сохранялось Церковью во всей его полноте и чистоте. Нам известно из церковной истории, что вплоть до пятого века церковь христианская была еще сильна верой и истиной, и легко справлялась с появившимися тогда заблуждениями и сектами, противопоставляя их лжеучениям истину Св. Писания. Можно с уверенностью сказать, что даже в конце этого периода, когда во главе христианской церкви уже стоял фактически римский император Константин (в духовном возрождении которого многие историки сомневаются), а в церковь проникли ради мирских выгод люди совершенно не обращенные, благодаря чему духовный и нравственный уровень церкви сильно понизился, учение Христа, как таковое, все же сохранилось в значительной чистоте.

Но в самом конце четвертого и в продолжении всего пятого века борьба за церковное главенство и злоупотребления вселенских соборов усиленно способствовали многим отступлениям от Истины и “простоты во Христе” (2 Кор. 11, 3).

История христианской церкви различает в своем развитии два главных периода: первый — со дня сошествия Святого Духа на апостолов до начала четвертого века и второй — от четвертого века вплоть до настоящего времени.

Первый период принято называть “древнеапостольской церковью”, второй — “церковью исторической”.

В первый период (древнеапостольский) церковь Христова мужественно переносит преследования иудеев, претерпевает затем десять жестоких гонений императоров, но, усиливаясь, крепнет и, несмотря на тяжкие испытания, продолжает поддерживать единство, твердо отстаивая чистоту догматов Божественного Основателя.

Но вот, начиная с четвертого века, когда император Константин объявил христианство господствующей религией, дав ей широкие права и преимущества пред языческими культами, церковь начала обмирщаться. Постепенно она перенесла свой центр с неба на землю. Она предпочла настоящее — будущему, временное — вечному, человеческое — Божьему...

Границы, проведенные Христом между миром и церковью, между путем узким и широким, сгладились. Появились христиане без личного убеждения, воспринявшие христианство по наследству, по традициям, люди “имеющие только вид благочестия, силы же его отрекшиеся” (2 Тим. 3, 5).

И как ни странно, но в этом состоянии отступничества церковь пребывает до сегодняшнего дня. Современное христианство — это апокалипсический Вавилон (Откр. 18), какая-то смесь небесного с земным, при явном преобладании последнего.

В своих стремлениях к земному, к целям временным, христианство для достижения их стало прибегать и к земным средствам: лукавству, насилию и лжи. Произошел разлад между путями человеческими и ясной волей Всевышнего. И по сей день общество, атеистическое по всему складу жизни, не перестает выдавать себя за христианское по названию и традициям.

Для оправдания очевидных нарушений Слова Божия церковь воспользовалась так называемыми “преданиями”, поставив их наравне с Библией и без всякого серьезного основания назвав их “священными”.

2

ПРЕДАНИЯ


“Вы устранили заповедь Божию преданием вашим” (Мтф. 15, 6)

В пятом веке церковь, находившаяся уже в состоянии духовного отступничества, нашла, что Священное Писание не вполне отвечает требованиям резко изменившейся духовной жизни ее членов и поэтому нуждается в каких-либо особых дополнениях, вследствие чего и вошли в употребление предания. Предания эти были, якобы, “плодами духовного опыта”, и говорили о разных поучительных случаях, примерах самоотвержения и любви, правилах и поучениях святых людей, живших в первые века христианства. Все это “духовное наследство”, хотя и не было записано, но тем не менее сохранялось в церкви столетиями в устной передаче.

В церковной истории предания эти известны под названием “фальсифицированных постановлений”.

Постановления эти якобы разъясняли те вопросы, которые не были затронуты Священным Писанием, на самом же деле являлись ничем иным, как сборником компромиссов между категорическими требованиями Божьими и своевольными установлениями церкви, к тому времени уже сильно ослабевшей в вере, правде и нравственности. Предания эти были объявлены священными только в 1564 году.

Содержание большинства преданий противоречит не только духу, но даже самой букве Священного Писания, что указывает на весьма сомнительный источник их происхождения. Они были только измышлением человекоугодников, желавших оправдать те или иные отступления от первоначального учения Христова.

К преданиям относятся также “апокрифы”, которые были включены в канон Библии только в 1546 году.

Обращаясь за помощью к Священному Писанию как к единственному авторитету во всех вопросах христианской веры и жизни, мы убеждаемся, что нет ничего более ясного, как взгляд Слова Божия на предания.

Во-первых, мы узнаем (из кн. Откровения Иоанна Богослова 22, 18—19), что Священное Писание содержит в себе вполне законченное откровение Божие, прибавлять к которому строго и навсегда запрещено Богом.

Во-вторых, Спаситель наш Иисус Христос не только никогда не ставил предания наравне со Св. Писанием, но и всегда называл их “человеческими”. Христос многократно говорит (Мтф. 15, 2—6), что нельзя устранять Св. Писания ради преданий, в которых, кстати сказать, и в Его дни, не было недостатка.

В-третьих, опыт показывает нам, как трудно совместить людские предания с Божьим Писанием. Читая послания ап. Павла, мы видим (Гал. 1, 13, 14), к каким ужасным последствиям привели ап. Павла предания, неумеренным ревнителем которых он являлся до своего обращения ко Христу.

После обращения тот же ап. Павел предостерегает верующих, говоря: “Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу” (Кол. 2, 8).

Одним из таких ни на чем не основанных преданий является предание о пребывании ап. Петра в Риме, и о том, что он был первым папой римский. Это священное предание понадобилось западной церкви, как ценное оружие в ее борьбе за главенство с церковью восточной. Но исторически установлено, что ап. Петр в Риме никогда не был. Он оставался все время в Иерусалиме, вплоть до осады города римлянами. Покинув Иерусалим накануне его осады, ап. Петр, вместе с другими апостолами и верующими поселился в Вавилоне, где образовалась небольшая христианская община. Из Вавилона ап. Петр написал два своих соборных послания, там он и умер (1 Петра 5, 13 и 2 Петра 1, 14). Мы видим, что, не будучи в Риме, ап. Петр никогда не мог быть первым папой — “наместником” Христа на земле.

Да и как мог ап. Петр быть первым папой, когда самое то папство было учреждено в Риме только в начале седьмого века? Только в 607 году император Фокий по настоянию римского епископа Бонифация III согласился даровать последнему право первенства и прерогативу суда в церкви, с наименованием его папой.

Весьма знаменательно, что когда Константинопольский епископ Иоанн позволил себе также присвоить звание вселенского епископа, т. е. папы, то предшественник Бонифация III Григорий Великий, епископ Римский, писал Иоанну следующее: “Какая дерзость и какая гордость позволили тебе желать и восхитить новый титул, который может ввести в соблазн всех братий. Присвоить себе такой титул, чисто языческий, значит подражать сатане. Какой ответ дашь ты в страшный день грядущего суда за то, что ты искал звания в этом мире не только старшего епископа, но папы вселенского. Отвергни от себя этот сатанинский соблазн!..”

Что же касается папства, как наместничества Христа на земле, то таковое установление явно излишне, ибо Христос обещал Сам лично присутствовать всюду, “где двое или трое соберутся во Имя Его”. Накануне Своего вознесения Христос дал верующим такое обетование: “Се, Я с вами во все дни до скончания века” (Мтф. 28, 20). Если Христос с нами всегда и всюду, зачем тогда нам учреждать Его наместничество в Риме? Подобное учреждение только свидетельствовало бы о полном отсутствии веры в духовное Присутствие Господне в церкви и в сердцах искупленных.

Сам ап. Петр в своем первом соборном послании пишет: “Пастырей ваших умоляю я, сопастырь (т. е. такой же пастырь)... пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием Божиим, но подавая пример стаду”. (1 Петр. 5, 2—3). Этими словами ап. Петр в корне уничтожает самую мысль о возможности какого бы то ни было главенства в Церкви вообще и своего апостольского главенства в частности. Ибо одна глава тела — Христос, мы же все — члены.

Итак, ап. Петр в Риме не был, а если бы и посетил Рим, то стать папой Римским никогда бы не согласился, а согласившись, сделался бы еще большим предателем, чем Иуда.

То же самое можно сказать и о многих других преданиях. Они не выдерживают даже самой поверхностной критики.

И как понятны и ценны становятся слова ап. Павла: “Это, братия, приложил я к себе и Аполлосу ради вас, чтобы вы научились от нас не мудрствовать сверх того, что написано!” (1 Кор. 4, 6).


3

ПОКЛОНЕНИЕ МОЩАМ


“Ибо прах ты, и в прах возвратишься” (Быт. 3, 19)

Со смертью первомученика Стефана церковь христианская вступила в долгий период страшных гонений. Не было христианской общины, верующие которой не засвидетельствовали бы истинности Св. Писания и своей преданности Иисусу Христу мученической смертью некоторых членов.

Имена мучеников заносились руководящими братьями в списки поместных церквей, в некоторых общинах эти списки оглашались при совершении Вечери Господней, как примеры непоколебимой верности учению Христа.

В известные дни, главным образом в дни годовщин, верующие собирались у могил мучеников, чтобы послушать сказания очевидцев об их мученической кончине. В ту пору никому еще не приходила мысль обращаться в молитве к умерщвленным членам общины и просить их ходатайства пред Богом.

В представлении тогдашних христиан подобная молитва могла бы исходить только из уст язычника, не знающего истины, а воздавание Божеских почестей “останкам мучеников” (мощам) показалось бы кощунственным. Но в конце четвертого века в церковь начинает мало-помалу проникать поклонение этим именно “останкам”.

Переход от уважения к останкам к поклонению им был лишь делом времени. Переход этот становится тем более понятным, если взять во внимание то духовное состояние церкви, в котором последняя находилась — с пониженным знанием Слова Божия, пошатнувшейся нравственностью, ослабевшей верой в невидимое, уступившей место поклонению и боготворению “видимого”, фетишизму.

Антоний Египетский и Афанасий Великий, столпы церкви четвертого века, строго осуждали это опасное, языческое направление в церкви. Чтобы предотвратить темные массы от такой опасности, они приказывали замуровать в стены храмов все сохранившиеся до того времени останки мучеников и ни в коем случае не допускать поклонения им.

Однако, второй Пикейский собор (787 г.) наперекор Св. Писанию и отцам церкви поклонение останкам мучеников утвердил, и с тех пор этот языческий культ поклонения мощам вошел в практику как восточной, так и западной церквей, обогащая казну тех, у кого мощи эти имелись.

Позже, когда умерщвление за веру во Христа было явлением редким, мощи мучеников расчленялись и продавались за большие деньги и не только церквям и монастырям, но и частным лицам.

Торговля мощами достигла таких извращенных форм и чудовищных размеров, что четвертый Латеранский (название площади в Риме, где находится церковь св. Иоанна; под ее сводами собирались пять вселенских соборов. Здесь и поныне коронуются папы) собор в 1215 году, чтобы прекратить соблазн в церкви, вынес постановление, в силу которого открытие новых мощей и торговля ими не допускалась, иначе как с разрешения самого папы.

Вспомним, попутно, что у нас в России Богослужение (с таинством евхаристии) может совершаться только при наличии в храме частицы мощей, являющейся неотъемлемой принадлежностью “антиминса”. Седьмым Вселенским собором было возбранено даже самое существование храма, если таковой не имел в себе антимипса. Антимипс, в свою очередь, не может быть освящаем, если не зашита в него частица мощей.

Нужно ли приводить места Священного Писания, чтобы убедиться в неосновательности поклонения мощам? Оно противоречит не только букве и духу Св. Писания, но и здравому смыслу.

Вот несколько мест Св. Писания, которые могут вывести любого человека из его самого долголетнего и упорного заблуждения: 1 Петра 1, 24; Иоан. 3, 6; Деян. 2, 31 и 29; Римл. 7, 18; 1 Кор. 7, 18; 1, 20; 15, 50; 2 Кор. 5, 1 и 16; Евр. 13, 7; Иер. 17, 9.

4

МОЛИТВА СВЯТЫМ УГОДНИКАМ И ДЕВЕ МАРИИ


“Он (Христос) и одесную Бога, Он и Ходатайствует за нас” (Римл. 8, 34)

Параллельно с культом поклонения мощам, совершенно естественно развился другой культ — культ поклонения душам умерших мучеников. Всех умерших за веру во Христа, как мы потом увидим, причисляли к лику святых угодников Божиих. К этим угодникам рекомендовалось прибегать с молитвой о помощи, особенно тогда, когда нужда, о которой просишь, была известна мученику еще задолго до его мученической кончины. Позже было принято считать святых мучеников, угодников — посредниками между людьми и Богом.

В седьмом веке папа Бонифаций VI получил разрешение императора Фокия превратить языческий “Пантеон” в Риме — в христианский храм, посвятив его Деве Марии и всем святым. Это событие способствовало прочному установлению поклонения “Божией Матери” и угодникам, сначала в самом центре тогдашнего христианства, а потом и во всех местах провинции.

Поклонение “Божией Матери” являлось преобладающим. Память о ней с первых же веков христианства высоко чтилась, хотя тогда никто не допускал еще мысли о поклонении ей как “четвертой ипостаси”, и никто не обращался к ней с молитвами или ходатайствами.

Только в четвертом веке в некоторых христианских общинах стали именовать Деву Марию — Богоматерью, приписывая ей Божеские атрибуты и относясь к ней как к “воссевшей” по левую сторону Бога Отца. Все это противоречит Духу Святому и Слову Божию.

Дева Мария была призвана Богом дать Его Единородному Сыну только плоть человеческую, так как Христос, будучи Богом, был един с Отцем и Духом предвечно.

“ИИСУС” — имя земное, в переводе на русский язык означает “Спаситель”.

“ХРИСТОС” — имя Божие, означающее “Помазанник”.

Дева Мария была матерью Иисуса, матерью Его человеческого естества, а не матерью Христа, Сына Божия. Поэтому такие наименования, как “Богоматерь”, “Матерь Божия” или “Богородица” не соответствуют Св. Писанию.

Еще в 428 году по Р. X. Несторий, епископ Константинопольский, решительно восстал против того, чтобы Деву Марию называли Матерью Божией и тем вызвал сильнейшую вражду и распри в разных кругах церкви. Споры по этому вопросу продолжались до созыва Ефесского собора (в 431 году), который именование Марии — Матерью Божией авторитетно одобрил. Вследствие этого узаконенное поклонение Деве Марии стало беспрепятственно распространяться по всем церквам запада и востока. К Деве Марии стали обращаться с молитвами, как к верной “посреднице”, “ходатайнице и заступнице” рода человеческого пред Христом и пред Богом. И, как ни странно, малейшее уклонение от подобного взгляда и в наше время считается “сектантским”, “еретическим” и даже “кощунственным”...

Рассмотрим, так ли это? Что говорит нам по этому поводу Священное Писание?

Слово Божие говорит, что даже ветхозаветными посредниками могли быть люди только живые, и отнюдь не умершие. В Ветхом Завете мы встречаем многих посредников: Моисей, Аарон, первосвященники, священники, цари, пророки и др., но все они исполняли возложенное на них посредничество, пока были живы. Когда тот или иной посредник умирал, никто уже не думал обращаться к нему за чем-либо.

Обращаться к служителям Ветхого Завета не только разрешалось, но даже законом предписывалось (Иер. 27, 18). Посредники Ветхого Завета служили прообразом Единого Посредника и Ходатая Нового Завета Иисуса Христа.

Со смертью и Воскресением Христа мы имеем только “Единого Посредника” и “Ходатая Нового Завета Иисуса”. Ходатайство это Христос приобрел дорогою ценою: Его крестными страданиями и смертью. Итак, есть только “един Бог, един и посредник между Богом и человеками — Человек Христос Иисус, предавший Себя для искупления всех” (Евр. 9, 14—15, 1 Тим. 2, 5—6).

Мы не имеем права избирать или поставлять других посредников, кроме Единого. Дева Мария, угодники или угодницы, не искупляли нас, грешников, своею смертью и, следовательно, не могут претендовать на новозаветное посредничество. Будучи только людьми, они сами лично спасались искупительной кровью Христа и нуждались в посредничестве Христа.

Все иные посредники стали излишни с того момента, как Христос вознесся, воссел одесную Бога Отца, чтобы ходатайствовать за нас.

Поэтому всякий верующий имеет ныне возможность и право обращаться ко Христу лично, всегда и на всяком месте. Господь дал ученикам такое обещание: “се, Я с вами во все дни до скончания века” Ап. Иоанн говорит, что “мы имеем Ходатая пред Отцом, Иисуса Христа, Праведника” (1 Иоан. 2, 1), Ап. Павел пишет: “Сей (Иисус Христос и никто другой), как пребывающий вечно, имеет и священство непреходящее, посему и может всегда спасать приходящих чрез Него к Богу будучи всегда жив, чтобы Ходатайствовать за них” (Евр. 7, 24—25).

Обращение с молитвами к умершим святым лишено всякого разумного основания. Вездесущ только один Творец, всякое творение, находящееся в пространстве, занимает определенное место и, следовательно, не может слышать молитв, обращенных к нему одновременно из многих пунктов земного шара. Если даже .допустить, что Сам Бог, будучи Всеслышащим и Вездесущим, слышит наши молитвы, обращенные к святым, и передает наши молитвы святым, после чего святые и начинают ходатайствовать перед Ним, то и тогда разум требует, чтобы мы обращались непосредственно к Богу, давшему нам это право молитвы.

Те же требования предъявляет нам и Священное Писание. Оно строго запрещает воздавание Божеских почестей кому-либо, кроме Бога (4 Царст. 17, 36; Мтф. 4, 10; Римл. 1, 25; Откр. 22, 8—9). Писание говорит нам, что после смерти святые уже не принимают участия в земных делах (Откр, 14, 13; Евр. 4, 10; Дан. 12, 13), и что их нельзя тревожить (1 Царст. 28, 15).

5

ИКОНОПОЧИТАНИЕ


“Не делай себе... никакого изображения” (Исх. 20, 4-5).

С развитием поклонения Деве Марии и умершим святым возникла в церкви потребность в изображениях этих святых угодников Божиих, Девы Марии, а позже и самого Христа.

Большое влияние на появление изображений оказали те рисунки, которыми первые христиане старались напомнить образную речь Своего Божественного Учителя. Символы агнца, лозы, рыбы, начертание альфы и омеги, монограмма имени Христа и пр. были своего рода ребусами, смысл которых был открыт верующим, но сокрыт от непосвященных.

Постепенно произошел переход от рисунков, изображающих земную жизнь Христа, к изображению христиан, прославившихся своею мученическою кончиною и подвигами.

Несмотря на прямое запрещение “создавать изображения” и поклоняться им”, которое мы находим во второй заповеди Десятисловия, заблуждение это распространилось с неимоверной быстротой. Причины такого нездорового нововведения понятны. По мере того, как слабела вера в невидимое, росла потребность в культе видимом. Проповедь устная стала заменяться пояснением изображенного того или иного события Священной Истории.

Открылась новая сфера для деятелей живописи, скульптуры и мозаики, изображавших на свой лад и по воле собственной фантазии как отдельные сцены библейских событий, так и вымышленные “случаи” из жизни Девы Марии и усопших святых.

Знаменательно, что вначале изображения эти служили только украшением церковных стен, и только впоследствии, когда предмет воспоминания и украшения превратился в объект поклонения, они стали изготовляться на отдельных досках или, холстах и помещались уже не только в местах богослужебных, но и в жилищах.

Не прошло много времени, как появилось новое и притом более печальное заблуждение. Некоторым изображениям Христа и святых, а в особенности изображениям Девы Марии, церковью приписывалось совершение чудес и исцелений. Такие иконы (или статуи) торжественно объявлялись “чудотворными” и становились источником постоянных и весьма значительных доходов церкви и клира.

Такие новшества в церкви были настолько очевидным нарушением заповеди Божией, что многие священнослужители, не взирая на всю опасность, которой они себя подвергали, не покоряясь папе, выступили с открытым протестом. Так, например, епископ Марсельский в конце VI века воспретил употребление всех изображений во всех ему подведомственных приходах.

Массовый и многократный отказ принять изображения и поклоняться им носит в истории церкви название “иконоборничества”. Еще задолго до выступления Марсельского епископа это новшество уже начало волновать истинных поборников Воли Божией и вызвало среди многих энергичные протесты. Один из самых ранних церковных соборов, собравшийся в г. Эльвире (в 306 году по Р. X.) строго запретил иконопоклонение, видя в нем не что иное, как проникновение в церковь грубого язычества.

Но вот спустя 25 лет после обнародования запрещений Марсельского епископа, иконоборчество вступает в новую фазу и принимает более ожесточенный характер. Император Лев (в 727 году), а затем и 348 епископов собора (в 754 году), единогласно осудили и своими постановлениями запретили иконопоклонение.

Однако, 33 года спустя, участники 7-го Вселенского собора (в 787 году), отменив это решение, “приказали” путем специального канона поклоняться иконам, без надлежащего объяснения, почему это необходимо. С того же времени начинает поощряться и поклонение изображению креста. Но этим борьба не закончилась. Парижский собор (в 825 году) вновь воспретил иконопочитание. Спустя 17 лет (в 842 году), по настоянию императрицы Феодоры, женщины развратной и безнравственной, культ поклонения иконам был окончательно установлен, являясь обязательным в западной и восточной церквах.

Тем не менее, борьба за икону в западной церкви не прекращалась. В период непрестанных споров и раздоров “князей церкви” при неизменном вмешательстве в церковную жизнь государственной власти и безответственных дворцовых кругов, иконопочитание то запрещалось, то опять разрешалось, пока, наконец, в Х веке упрочилось окончательно и в западной церкви.

И вот, как ни странно, благодаря множеству темных масс, незнанию Св. Писания и полному безразличию к вопросам веры так называемых “культурных людей”, культ иконопочитания процветает вплоть до наших дней.

Необходимо добавить, что западная церковь не постеснялась вторую заповедь, говорящую: “не делай себе кумира и никакого изображения... не поклоняйся им и не служи им”, выбросить из Десятисловия Моисеева совершенно. Для сохранения же числа десяти, западная церковь разделила десятую заповедь надвое, сделав из нее две отдельные заповеди.

Восточная церковь сохранила десять заповедей без изменения, но тем не менее это обстоятельство не мешает ей боготворить целый сонм “чудотворных икон”, служить иконам акафисты и молебны, перевозить и переносить их с места на место, окружать торжественностью богослужений, крестных ходов, празднеств и т. п. В силу того простого факта, что поклонение вошло в церковную практику “с незапамятных времен”, оно признается правильным. Традиция давности как бы лишает верующих права сомневаться или не верить в законность такого почитания, хотя церковь современная не имеет никаких оснований для иконопочитания, равно как не имела их церковь древнеапостольская. В основу иконопочитания церковь положила канон (т. е. правило) об иконопочитании, но она и по сей день лишена общепризнанного догмата (т. е. учения).

Утверждая иконопочитание на каноне, церковь больше не занимается этим вопросом ни в церковных определениях, ни в богословии, а поэтому возврат к истине для церкви труден и нежелателен, а обращение за решением вопроса к Слову Божию оказывается совершенно неприемлемым. Всякая перемена в этом вопросе и тяжела, и рискованна, и не выгодна. Для тех же немногих, кто не убоялся встретиться с фактами и разрешил этот вопрос лично для себя, безосновательность поклонения иконам не подлежит никакому сомнению, а отказ от него является вполне логичным, разумным актом.

Обратимся к Слову Божию и посмотрим, что оно говорит по этому поводу?

Все Священное Писание Ветхого и Нового Заветов осуждает иконопочитание (под этим общим названием понимаются все виды изображений), указывая на тот факт, что Бог является существом невидимым. “Бога не видел никто никогда” (Иоан. 2, 18).

Нам известны некоторые земные формы Его проявлений, как-то: Три странника, Неопалимая купина, Столп огненный и облачный, Ангел Завета, Вождь воинства Господня и др., но по Своей Божественной сущности Он “Царь царствующих и Господь господствующих, единый, имеющий бессмертие, Который обитает в неприступном свете, Которого никто из человеков не видел и видеть не может” (1 Тим. 6, 15—16). Бога с такими атрибутами изобразить невозможно.

Сам Бог спрашивает, чрез пророка Исаию, говоря: “Кому же вы уподобите Меня и с кем сравните?.. кому уподобите вы Бога? И какое подобие найдете Ему?” (Ис. 40, 18, 25). И действительно, где тот художник, который смог бы изобразить Христа воскресшего, Христа прославленного, и притом таким, каким изображает Его Слово Божие? Прочтите первую главу Откровения Иоанна Богослова и вы увидите, что изобразить Христа во всей Его небесной славе также немыслимо, как немыслимо изобразить Самого Бога, нетленного, непостижимого...

Изображать Христа в Его земном уничижении — неразумно. Мы никогда не увидим уже Христа в Его земном уничижении. Он однажды пострадал на Голгофе за грехи наши по Писанию, но воскрес, вознесся и грядет опять во славе, чтобы судить живых и мертвых. Слушайте, что говорит об этом апостол Павел: “Если же и знали Христа по плоти, то ныне уже не знаем” (2 Кор. 5, 16). Эти слова относились к тем, кто знал и видел Христа лично. Конечно, видеть Его в земной жизни было несравненным счастьем, однако Павел и христиане того времени не только не поклонялись изображению Христа, но и не должны были иметь видимым объектом поклонения уничиженной плоти Христовой, если бы такая возможность вдруг явилась.

Для истинного поклонения Бог избрал единственный путь — путь духовный, путь веры.

Вера же должна утверждаться не на видимом или воображаемом объекте, а на реальном Слове Божием.

Все изображения Христа, Девы Марии и святых, имеющихся в бесконечных вариациях, не соответствуют данным Св. Писания.

Св. Писание, описывая лик Спасителя, говорит, что “не было в Нем ни вида, ни величия, и мы видели Его и не было в Нем вида, который привлекал бы Нас к Нему. Он был презрен и умален пред людьми, муж скорбей и изведавший болезни” (Ис. 53, 2—3).

Спаситель же, говоря о Самом Себе, сказал: “Лисицы имеют норы и птицы небесные — гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову” (Мтф. 8, 20).

По внешнему Своему облику и одежде Спаситель ничем не отличался от своих современников. Иоанн Креститель узнал Его не по внешнему виду, а только по Духу Святому, сошедшему на Христа в виде голубя (Иоан. 1, 32—33). Пришедшие на поклонение Еллины не могли узнать в группе учеников Самого Иисуса, они вынуждены были обратиться к Филиппу и просили, чтобы тот указал им Христа (Иоан. 12, 20—21). Иисус Христос легко смешивался с толпой и преследовавшие Его фарисеи часто не могли обнаружить Его в народе (Иоан. 8, 59; 12, 36; 5, 13). То обстоятельство, что Христос ничем не выделялся из тогдашней толпы, привело первосвященников к мысли воспользоваться предательством Иуды, который условился с начальниками иудейскими, говоря: “Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его, и ведите осторожно” (Мк. 14, 44).

И, наконец, Слово Божие призывает нас к духовному Богопоклонению.

Св. Писание безоговорочно запрещает поклоняться не только изображениям Божией твари, но даже изображению Самого Творца, если бы человеку и удалось Его изобразить. Св. Писание учит: “Бог есть Дух: и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине...”, ибо “таких поклонников Отец ищет Себе” (Иоан. 4, 23—24). Бог — существо духовное... Поклонение Богу должно быть духовным. Таких духовных поклонников Бог ищет Себе. Какая поразительная ясность! Какая очаровательная простота!

Заметим, что только такие духовные поклонники и угодят Богу, и что только они одни найдут в поклонении Ему удовлетворение своей бессмертной душе. Бог знал, что счастье наше мы сможем обрести только на пути духовного поклонения, а поэтому, заботясь о нашем благе. Он сказал: “Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли, не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой” (Исх. 20, 4—5).

Исторические факты и наш личный духовный опыт подтверждают, что нарушение второй заповеди искажает подлинное представление о Боге, приводит человека к неправильному поклонению, творящему хаос в душе, хаос в исповедании и хаос в жизни (Римл. 1, 21—25).

6

МОЛИТВА ЗА УМЕРШИХ


“Человекам положено однажды умереть, а потом суд” (Евр. 9, 27)

Идея молитвы за души умерших родилась первоначально в церкви около шестого века и уже в седьмом веке приняла форму догмата. Мысль о такой молитве была открыто высказана папой Григорием Великим. Он написал целую книгу по этому поводу, содержащую наивные, а порой нелепые истории, не имеющую ничего общего ни со Св. Писанием, ни с христианством.

Догмат о молитве за умерших вошел в практику церкви только при папе Иоанне XVIII в 978 году. Связанный с этим догматом праздник умерших, был установлен в 1011. Спустя пятьсот с лишним лет, Тридентский собор (который был созван в Триденте в 1545 году императором Карлом V; следствием этого собора было то, что учение католической церкви окончательно сформировалось. Собор продолжался с перерывами до 1564 года) постановил сделать обычай этот обязательным правилом веры для всех церквей Запада.

Возношение молитв за умерших и ходатайства за них шли рядом с развитием учения о “чистилище”.

В “чистилище”, по учению западной церкви, пребывают все без исключения души, мало-помалу очищаясь в течение положенного Богом времени и приготовляясь к вступлению в Царство Небесное.

О существовании “чистилища” Св. Писание решительно ничего не говорит. О “чистилище” нет упоминаний ни в Ветхом, ни в Новом Заветах, ни у апостолов, ни у отцов церкви.

Истинные христиане первых четырех столетий, не знали иного пути спасения, кроме Господня пути — оправдание чрез веру в искупительную жертву Иисуса Христа, понесшего на Себе вину всего мира и во все века спасающего “всякого, приходящего к Нему”. Слово Божие совершенно ясно говорит, что Христос “грехи наши Сам вознес телом Своим на дерево” и что “Кровь Иисуса Христа, Сына Божия, очищает нас от всякого греха” (Петр. 2, 24; 1 Иоан. 1, 7).

Учение о “чистилище” умаляет силу и необходимость искупительной жертвы Христа, а потому противно истине и духу апостольского благовестия. Учение о “чистилище” как бы утверждает, что Голгофских страданий и пролитой за нас, грешников, Христовой Крови недостаточно для оправдания верующего, и поэтому для полного спасения человека необходимо еще очищение огнем “чистилища”.

Учение о “чистилище” прямо противоречит Слову Божию.

Вспомните притчу о богаче и Лазаре. В этой притче Христос открыл человеку тайну всего загробного мира. Если бы в потустороннем мире было чистилище, Христос никогда не сказал бы, что душа Лазаря была отнесена ангелами на лоно Авраамово, или: “где Я, там и слуга Мой будет” (Иоан. 14, 3; Лука, 16, 22).

Вспомните случай с разбойником на кресте. Кто, как не этот грешник, нуждался в очищении “огнем чистилища” но, тем не менее, Христос сказал ему: “ныне ты будешь со Мною в раю” (Лук. 23, 43).

Прочтите послания апостолов. Ап. Павел никогда не писал бы с такой определенностью о том, что спасение доступно каждому грешнику уже здесь на земле, что “нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе” (Римл. 8 гл.). Ап. Иоанн никогда не написал бы: “отныне блаженны мертвые, умирающие в Господе” (Откр. 14, 13).

Кроме всего сказанного, не забудем, что учение о чистилище, которое вошло в церковь около 600 года по Р. X. и получило полное признание почти тысячу лет спустя (на Тридентском соборе), на протяжении всей истории западной церкви являлось легальным источником наживы и самых грубых злоупотреблений клира. До сих пор миллионы “правоверных” должны платить по установленной церковью таксе за молитвы об усопших, за умиротворение душ, находящихся в чистилище, за сокращение срока пребывания в чистилище и за другие ходатайства об умерших. Бедному люду, которому недоступна оплата заупокойных месс, не приходится и рассчитывать на какое бы то ни было облегчение мук чистилища или на сокращение срока пребывания в нем. Какое извращенное представление о Христе! Он всегда был на стороне бедных, и это особенно ярко подчеркнуто Им в упомянутой притче о богаче и Лазаре.

Но если в западной церкви молитва об усопших основана на чистилище, то в церкви восточной молитва эта зиждется еще на более хрупком основании.

Отрицая учение о чистилище и признавая существование “великой пропасти между душами умерших верующих и неверующих”, православная церковь учит, что ад побежден страданиями Христа, что смертью Христа открыт свободный переход из ада в рай, но что этим переходом сами “хотящие перейти” воспользоваться не могут, вот почему ответственность за их вечную участь возложена Богом на живущих. Те, кто еще на земле, должны содействовать спасению родных и близких молитвами за них. Но столь своеобразного “богословского толкования”, по-видимому недостаточно даже для самой церкви, а посему она тщетно старается “подкрепить” свое толкование еще другими соображениями, как-то: “пока не свершен окончательный Страшный Суд над умершими” — возможна перемена, нужно только, чтобы кто-либо об этой перемене позаботился... Души умерших “всегда живы” у Господа, а посему ту любовь, которую мы питаем к умершим, любовь, которая “никогда не прекращается”, мы должны проявить в молитве за умерших, за тех, кто ждет еще своей вечной участи (где ждет — не говорится)...

Наши умершие братья, — учит православная церковь, — почти все согрешили “грехом не к смерти”, а потому сказано: “молитесь друг за друга”, “и Бог даст ему жизнь” (Иак. 5, 16; 1 Иоан. 5, 16). “Вот мы, православные христиане, и молимся за них”, — учит церковь.

Что же говорит по этому поводу Святое Писание?

Оно говорит, что ад по-прежнему существует, что по-прежнему существует “великая пропасть”, и что “хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят”. Слово Божие непреложно! Осужденный на вечные мучения богач (в притче) просит Авраама не о том, чтобы воспользоваться молитвами оставшихся в живых пяти братьев, а о том, чтобы этих братьев самих предупредить об ожидающей их вечной погибели. Богач говорит Аврааму: “Так прошу тебя, отче, пошли его (Лазаря) в дом отца моего, ибо у меня пять братьев, пусть он засвидетельствует им, чтоб и они не пришли в это место мучения” (Лук. 16 27-28).

Христос на Голгофе приобрел вечное искупление: “дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Иоан. 3, 16), а не проложил мост из ада в рай, пользуясь которым нераскаявшийся грешник может избежать Его Божественно-справедливого суда. Ап. Павел говорит: “Если... всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, то как мы избежим, вознерадевши о толиком спасении?” (Евр. 2, 2—3). “Если отвергшийся закона Моисеева, при двух или трех свидетелях, без милосердия наказывается смертью, то сколь тягчайшему, думаете, наказанию повинен будет тот, кто попирает Сына Божия и не почитает за святыню Кровь завета, которою освящен, и Духа благодати оскорбляет?” (Евр. 10, 28—29).

Бог нигде и никогда не возлагал ответственности за вечную участь нераскаявшегося грешника на его родственников или близких друзей. В вопросе спасения каждый человек ответствен сам за себя.

Наши молитвы, какими бы сильными ни были, недостаточны, чтобы спасти нас самих, как же могут они содействовать спасению других? Если бы молитвами можно было спастись, тогда Христос напрасно умер, тогда можно было бы обойтись и без Его искупительной жертвы. Однако, Слово Божие говорит, что “нет ни в ком ином спасения” (Деян. 4, 11).

Вечная участь человека, окончательная и неизменная, определяется здесь, на земле. Мысль о том, что “для умерших нет пока окончательного суда”, — ни на чем не основана. Все Св. Писание свидетельствует, что человек может быть уверен в своем спасении или гибели здесь, на земле. Христос призывает людей к покаянию и возрождению свыше, к той необходимой перемене, без которой человек не может войти в Царство Божие: “Если кто не родится свыше, не может увидеть царствия Божия” (Иоан. 3, 3).

Всякий, кто уверовал во Христа и оставил греховную жизнь, получает от Бога уже здесь, на земле, прощение грехов и жизнь вечную. Христос говорит: “Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня, имеет жизнь вечную, и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь” (Иоан. 5, 24). “Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную” (Иоан. 3, 16). Перемена сердца, перемена испорченной природы человека должна произойти еще до смерти. После смерти нет покаяния, нет прощения, невозможны перемены. Вот почему Бог “ныне повелевает людям всем повсюду покаяться” (Деян. 17, 30), добавляя, что “человекам положено однажды умереть, а потом суд” (Евр. 9, 27). Христос подтверждает эту истину притчей: “умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово, умер и богач... и в аде, будучи в муках...” (Лук. 16, 22).

Разбойнику Христос сказал: “Сегодня будешь со Мною в раю”. О неверующих же читаем следующее: “Неверующий уже осужден” (Иоан. 3, 18), “неверующий в Сына не увидит жизни” (Иоан. 3, 36), “суд им давно готов и погибель не дремлет” (2 Петр. 2, 3).

Наконец, повеление ап. Иоанна молиться о тех, кто “согрешил грехом не к смерти”, совершенно не относится к людям умершим. Это повеление не может быть отнесено даже к живым людям, но неверующим, отвергшим благодать Божию... “не о таких говорю, чтобы вы молились”, добавляет ап. Иоанн (1 Иоан. 3, 16).

Послание было написано ап. Иоанном к членам христианских общин, т. е. к людям уверовавшим, принявшим дар Христова спасения, к людям уже спасенным. Грехи “не к смерти”, о которых апостол упоминает, были теми грехами, которые свидетельствовали о неосвященной жизни человека искупленного и спасенного по благодати Христовой.

Что же касается греха вообще, то нет такого греха, который не был бы к смерти, ибо “возмездие за грех есть смерть” (Римл. 6, 23).

Мы, люди, не можем ни замолить, ни искупить самого малейшего греха, но в то же время, какими бы тяжкими грешниками мы ни оказались, если мы принимаем Иисуса Христа как жертву умилостивления за наши грехи, мы можем сказать: “Он грехи наши Сам вознес телом Своим на древо” и “ранами Его мы исцелились” (1 Петр. 2, 24), “Кровь Иисуса Христа Сына Божия очищает нас от всякого греха” (1 Иоан. 1, 7). Христос принимает всякого кающегося грешника, Христос прощает кающегося, дает ему благодать и силу Духа Святого, уверенность и радость спасения. Спасенный грешник вступает на путь освящения и следования за Христом. Но идя за Христом, прощенный способен еще по своей неопытности допускать те или иные упущения, промахи и падения. Но ошибки эти — не к смерти. “Рожденный от Бога хранит себя и лукавый не прикасается к нему” (1 Иоан. 5, 18), а “если бы кто согрешил, то мы имеем Ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, праведника, Он есть умилостивление за грехи наши” (1 Иоан. 2, 1—2).

В жизни нераскаявшегося грешника всякий грех “к смерти”. Человек, не принявший прощения, которое Бог предлагает ему через Иисуса Христа, совершает непростительный грех.

За таких грешников мы должны молиться, пока они еще живы, направляя все наши усилия к тому, чтобы примирить их с Богом, ибо после смерти — “плач и скрежет зубов” (Мтф. 8, 12).

Молитва о грехе “не к смерти” в жизни верующего весьма необходима, “ибо все мы много согрешаем” (Иак. 3, 2), но если спасенный человек умирает, тогда вместе со смертью его прекращается и путь христианского освящения. Посему молитвы наши о нем излишни: “Блаженны мертвые, умирающие в Господе” (Отар. 14, 13).

Смерть верующего — начало вечного блаженства.

Блаженные! В каких молитвах они нуждаются? Когда Сам Бог отрет всякую слезу с очей их и не будет уже нужды” ни болезни, ни плача...
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Пт Фев 14, 2014 6:56 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

----Продолжение----

7

ИНДУЛЬГЕНЦИЯ


“Ибо благодатию вы спасены, чрез веру, и сие не от вас. Божий дар, не от дел, чтобы никто не хвалился” (Еф. 2, 8-9).

Одновременно с установлением учения о молитве за умерших в чистилище, в западной церкви начала развиваться продажа индульгенций.

В начале индульгенцией являлось “письменное отпущение вины”, освобождающее верующего от назначенного ему церковью наказания, но впоследствии (с XI в.), оно превратилось в разрешительную папскую грамоту, отпускавшую за известную плату, или под условием соблюдения известных обязательств, не только прошлые и настоящие, но даже будущие грехи. “Грамота” эта служила одним из доходнейших источников обогащения папской казны в течение многих веков.

Уже в четвертом веке были введены в церковную практику так называемые “епитимии”. Назначение епитимий в том, чтобы наказать отпавшего, но возвращающегося в лоно церкви ее члена.

Так, например, духовным начальством приписывалось покаявшемуся упражнение в совершении известного количества поклонов, самобичевания, изнурение себя постом и телесными упражнениями. По отбытию назначенной церковью епитимии, провинившийся вновь принимался в число членов церкви. В подтверждение такого зачисления ему выдавалось письменное удостоверение церкви, гласившее, что епитимия, возложенная церковью на кающегося, им выполнена, совершенный грех, послуживший основанием к отлучению, исправлен и прощен ему и что отлученный от церкви вновь принят в среду верующих.

С течением времени, при постепенном падении нравственного уровня западной церкви, индульгенции стали уже входить в церковный обиход как единственное средство отпущения грехов. Вскоре индульгенции стали раздаваться с большой легкостью, направо и налево. Папы не замедлили сделать из этого практические выводы. Они сосредоточили выдачу индульгенций исключительно в собственных руках, сделав их платными, причем индульгенция могла быть оплачиваема не только деньгами, по установленной таксе, но и различными услугами папскому престолу. Так, например, папа Григорий VIII обещал абсолютное прощение всех грехов каждому королю, содействовавшему ему оружием против германского императора Генриха IV.

Подобные обещания были даваемы папами и во время других войн. Следуя методам своих предшественников, пана Иннокентий III мог собрать большую армию (в XIII веке) для уничтожения Альбигойцев (Альбигойцы — участники широкого еретического движения в Южной Франции 12—13 веков. Они считали земной шар, включая католическую церковь, творением сатаны, отрицали основные догматы церкви, требовали ликвидации церковного землепользования. В результате кровавой инквизиции и крестовых походов (Альбигойских войн) движение было к 14 веку подавлено). Раздачей индульгенций папа Урбан II поднял на ноги всю средневековую Европу, призывая добровольцев на Первый Крестовый Поход.

До XIII века индульгенции выдавались папами, как отпущение грехов, содеянных в прошлом или настоящем. С начала XIII века индульгенции начали уже выдаваться как отпущение и тех грехов которые грешник намеревался или рисковал сделать в будущем Одно заблуждение, таким образом, порождало собою ряд других. Вскоре индульгенции выдавались не только живым, но и умершим членам церкви. Монах Александр Алек измыслил целый “склад” индульгенций, состоявший, по его уверению, из “сверхдолжных заслуг” Девы Марии и всех святых. Инициатор этого скандального новшества уверял, что души, пребывающие в чистилище, могут с успехом пользоваться индульгенциями для частичного или полного отпущения грехов, соделанных ими на земле, для освобождения души от мук чистилища, для сокращения срока мучений, для перехода в Царство Небесное и прочее...

В 1300 году папа Бонифации VIII расширил право пользования индульгенциями на души всех умерших, подтвердив это правило официальным папским декретом. Индульгенции за подписью папы продавались во всех церквах, на площадях и ярмарках, с барабанным боем, совершенно открыто. Можно было покупать прощение “будущих грехов” на известный срок: на год, два, три и т. д.

Так как индульгенции продавались по весьма высоким ценам, то бедняки автоматически лишались такого фиктивного права. Церковь устремила свою алчность на знатных и богатых, собирая с них обильную дань деньгами, землями, драгоценностями, рабами, услугами, т. п.

Тридентский собор (в 1563 году) объявил продажу индульгенций догматом церкви и повелел предавать анафеме тех, кто этому нововведению противились.

Излишне доказывать, что такое учение не может опираться на Св. Писание.

Где “сверхдолжные заслуги и святость”, когда Христос говорит: “Будьте совершенны, как совершен Отец ваш небесный” (Мтф. 5, 48). Мыслимо ли, чтобы Дева Мария и святые угодники достигли большей святости, чем от них требовалось, т. е. стали совершеннее Небесного Отца? Как же понимать тогда следующие слова Христа, сказанные апостолам: “Так и вы, когда исполните все поведенное вам, говорите: мы рабы ничего нестоющие, потому что сделали, что должны были сделать” (Лука 17, 10)?

Царство Божие не покупается ни подвигами, ни молитвами, ни деньгами. Путь Божьего спасения не уклонился в сторону, не изменился. Человек спасается верою в Иисуса Христа. Он заменил нас на кресте. Он вселяется в сердце наше чрез Духа Святого.

Всякий, уверовавший во Христа, получает “оправдание даром, по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, Которого Бог предложил в жертву умилостивления в Крови Его чрез веру, для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде” (Римл. 3, 24-25).

8

КАНОНИЗАЦИЯ


“Так и вы по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония” (Мтф. 23, 28)

Переходя от одного заблуждения к другому, церковь не задумалась присвоить себе право причислять своих членов к лику святых угодников Божиих.

Начиная с 880 года и до настоящего времени, как в западной, так и восточной церкви, умершие деятели церкви “сопричисляются к лику святых”. Этим святым приписывается право принимать Божеские почести, поклонение, молитвы и ходатайства за людей пред Богом. Сопричисленным служат молебны, акафисты и т. п. В честь “причисленных к лику святых” устанавливаются праздники, пишутся иконы, воздвигаются статуи и даже храмы, изготовляются хоругви и т. д. Места, где жили угодники, вещи, которыми они пользовались, объявляются “святыми”, а иногда и “чудотворными”.

Эта церковная практика не имеет в Св. Писании решительно никакого основания.

Царство Божие не заслуживается ни праведностью, ни изнурениями плоти, ни молитвами, ни добрыми делами, ни мученической смертью. Спасение обретается верою в искупительную жертву Иисуса Христа. Спасение дается даром, по благодати Господней. Всякий, кто уверовал, оставил греховную жизнь, принял Христа Иисуса, как своего Спасителя — “перешел от смерти в жизнь” (Иоан. 5, 24). Истинный христианин не нуждается в человеческой канонизации, ибо “имя его записано в книгу жизни”, на небесах. (Лук. 10, 20; Откр. 13, 8). Человеку необращенному и невозрожденному никакая канонизация не поможет. Такой человек может говорить языками человеческими и ангельскими, обладать даром пророчества, знать все тайны, иметь всякое познание и всю веру, творить чудеса и многое другое и, вместе с тем, не иметь духа любви, Духа Христова в сердце своем, не иметь самого главного — уверенности в спасении души. К нему относятся слова ап. Павла: “кто Духа Христова не имеет, тот и не Его” (Римл. 8, 9).

Без Духа Святого, обитающего в сердце человека, человек не может спастись, сколько бы раз он ни был канонизирован, миропомазан или крещен.

Бог принимает в свое Царство не “канонизированных святых”, а кающихся грешников, вне всякой зависимости от их земной репутации.

Какую бы скверную аттестацию не выдали нам люди, Христос говорит: “Приходящего ко Мне Я не изгоню вон” (Иоан. 6, 37).

Мария Магдалина была блудницей, но Господь принял ее, изгнал из нее семь злых духов и сделал ее Своим чадом. Разбойнику на кресте, которого не канонизировала ни одна церковь, Христос говорит: “Ныне будешь со Мною в раю” (Лук. 23, 43).

Бог спасает кающегося грешника не в силу его святости, не в угоду людям, не ради общественного одобрения и признания, а на основании веры кающегося грешника в очищающую силу Голгофской Крови, пролитой во искупление грехов.

Нигде в Св. Писании мы не встречаем ни одного случая, где Бог давал бы право кому-либо решать: кто из людей заслуживает спасения, а кто — погибели. Христос сказал, что даже “Отец не судит никого, но весь суд отдал Сыну” (Иоан. 5, 22). Ап. Павел пишет: “Кто ты, осуждающий чужого раба? Пред своим Господом стоит он, или падает?” (Римл. 14, 4). Ап. Иаков спрашивает: “А ты кто, который судишь другого?” (Иак. 4, 12).

Имея пред собою такие ясные указания Св. Писания, мы видим, что церковь не имеет права выносить окончательного приговора даже к живому члену ее, тем менее имеет право судить о степени святости умерших, канонизировать их и поощрять воздавание им Божеских почестей. Воистину “человек смотрит на лице, а Господь смотрит на сердце” (1 Царств. 16, 7).

Если бы мысли и пути Божий не были выше мыслей и путей человеческих, если бы люди не ошибались в своих суждениях о человеке, Христос никогда не сказал бы: “Горе вам, когда все люди будут говорит о вас хорошо! Ибо так поступали с лжепророками отцы их” (Лука 6, 26). Истинные пророки всегда были и будут “ненавидимы всеми народами за Имя Мое” (Мтф. 10, 22).

Один глубоковерующий христианин, чающий пришествия Господня, и по благодати Божией имеющий уверенность в своем спасении, сказал: “Три вещи поразят меня, когда я войду в Царство Небесное:

Первое — я не увижу там многих, кого я сейчас рассчитываю непременно там встретить.

Второе — там я увижу многих, спасение которых мне всегда представлялось сомнительным.

И, наконец, я буду чрезвычайно удивлен, что я сам очутился там. Ибо только там мне откроется полнота моей вины пред Богом и глубина всепрощения Божьего...”

Для более полного знакомства с вопросом о канонизации необходимо прочитать места Св. Писания, которые подтверждают следующие положения:

Чудеса не являются доказательством человеческой святости (Мтф. 7, 21-23; 1 Кор. 13, 1-3; Деян. 8, 9-И; 16, 16-19;. Откр. 13, 13-14).

Аскетизм не может служить основой нашего спасения (1 Кор. 13, 1—3; Кол. 2, 23 и 18; 1 Кор. 8, 8; Иоан. 3, 6, 6, 63, 8,15; Римл. 8, 8; Евр. 9, 9—14; Екл. 4, 5).

Молитв, милостыни и добрых дел недостаточно для спасения (Деян. 10, 1-6; Иоан. 6, 29; Римл. 3, 20 и 28; 11, 6; Гал. 2, 16; Еф. 2, 8—10; 2 Тим. 1, 9; Тит. 3, 5).

Канонизация противоречит не только духу, но и букве Св. Писания (Мтф. 18, 1-3; Мк. 10, 35-45; Мтф. 23, 8-12 и 27—31).

“Святыми” Св. Писание называет всех, верующих в Иисуса Христа (1 Фес. 4, 7; Римл. 1, 7, 12; 12, 1 и 13; 16 2 и 15; 2 Кор. 13, 12; Еф. 1, 1 и 15; 2, 19; 3, 8; 5, 3 и 27; 6, 18; Фил. 1, 1-4, 21; Кол. 1, 2; 12 и 22; 1 Фес. 5, 26; Тит. 2, 3; Евр. 3, 1). “Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидят Господа” (Евр. 12, 14).

“Испытывайте самих себя, в вере ли вы? самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в Вас? Разве только вы не то, чем должны быть” (2 Кор. 13, 5).

9

ИСПОВЕДЬ


“Тогда Иуда... раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я...” (Мтф. 27, 3-4).

“Тебе, Тебе единому согрешил я, и лукавое пред очами Твоими сделал...” (Пс. 50, 6)

Устная исповедь — самое страшное оружие в руках западной церкви по отношению к ее членам — начинает проникать в церковный обиход в VI веке. Первоначально она появляется в виде личной просьбы отдельных иноков к своему “духовному отцу” помочь им в избавлении от того или иного порока, впоследствии же, как обязательное правило монастырского устава, дававшее руководителям монастыря исключительную возможность следить за образом мыслей и за поведением своих подчиненных. Это ни на чем не основанное нововведение, не сразу стало практиковаться у мирян.

Еще в IX веке устная исповедь пред священником являлась не обязательной, что явствует из постановлений Шалонского собора, состоявшегося в 813 году. Параграф 23-й одного из постановлений этого собора оставляет вопрос устной исповеди открытым, говоря: “Некоторые полагают, что следует исповедовать свои грехи непосредственно Богу, другие находят нужным исповедоваться у священника...” Необходимо также отметить, что речь идет здесь только об исповедании грехов, а не о власти священнослужителя “отпускать” эти грехи.

Спустя четыреста лет Латеранский собор в 1215 году объявил устную исповедь перед священником обязательной для всех церквей на западе, и только еще триста лет спустя Тридентский собор признал исповедь пред священником таинством и догматом церкви, с правом священника “отпускать грехи кающихся по его усмотрению”.

Из всего вышесказанного мы видим, что христианская церковь не испытывала решительно никакой нужды в устной исповеди в течение 1200 лет и ввела исповедь, как догмат и таинство, руководствуясь не Св. Писанием, а только политически-церковными соображениями. Приведенные выше исторические данные отвергают общепринятое, ни на чем не основанное воззрение, что устная исповедь пред священником “ведет свое начало от апостолов...”

Устная исповедь никогда не являлась следствием духовной необходимости, способствовавшей спасению души. Она оказывалась только мерой церковного принуждения в борьбе с так называемыми еретиками, отступниками и сектантами, людьми, иногда действительно заблуждавшимися, а иногда только не спешившими разделять заблуждений господствующей церкви. В большинстве случаев устная исповедь играла подсобную роль в преследовании людей, имевших мужество не следовать за церковью в ее отступлениях от Слова Божия и “от простоты во Христе”. Вспомним историю инквизиции, которая в течение первых пяти веков своего существования (с ХII-го до ХVII-го века) умертвила многие миллионы “инакомыслящих” христиан, подвергая их самым жестоким, самым утонченным пыткам и бесчеловечным мучениям.

Вы, вероятно, спросите: Что же говорит православная церковь в защиту устной исповеди?

Она учит, что Христос дал апостолам власть выслушивать исповедь мирян, сказав: “Кому простите грехи, тому простятся, на ком останутся” (Иоан. 20, 23). Поэтому “видимыми раздаятелями” прощающей благодати являются апостольские преемники — священники...

Первые христиане каялись пред апостолами: “многие же из уверовавших приходили (к апостолам), исповедуя и открывая дела свои” (Деян. 19), они не Богу каялись, а апостолам, которые должны были сказать: “Властью, данной нам от Бога, прощаем и разрешаем”.

На исповедь христианин является как больной и страдающий человек, Бог же духовно врачует людей только чрез священников, а поэтому (говорит православная церковь), необходимо знать “отчетливо”, какой болезнью и в силу каких условий он болеет, если лечение должно быть успешным...

Что же говорит Св. Писание по каждому из трех приведенных соображений православной церкви?

Прежде всего коснемся “власти данной от Бога вязать и решать”.

Право прощать кающегося всегда являлось только божественным правом Самого Господа Бога и никогда, ни в одном случае, никому из людей не передавалось (Мк. 2, 7; Лук. 5, 21).

Христос повелевает апостолам провозглашать радостную весть спасения, являющуюся манифестом Его всепрощения. Принятие Евангелия, т. е. благой вести искупления, и было принятием прощения Божия. В обнародовании этой вести и состояла вся сущность возложенного на апостолов поручения. Они должны были идти проповедовать Евангелие всей твари, всюду свидетельствуя, что Бог спасает грешника при соблюдении последним одного условия — принять верою жертву за грех, принесенную Христом на Голгофе, довериться Божьей амнистии, оставить прежнюю жизнь беззакония и следовать за Христом в силе Духа Святого, “Которого Бог дает повинующимся Ему” (Деян. 5, 32).

Весть спасения люди могли не принять, отвергнуть, ею могли пренебречь, но тогда апостолы имели право заявить: мы предложили вам единственный путь спасения. Господь ожидал вашего покаяния, Он послал нас к вам с манифестом прощения, но так как вы сами отказываетесь от амнистии, то знайте, что ваши грехи остаются и вечно пребудут на вас, т. е. нет другого пути от них избавиться, “ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы нам спастись” (Деян. 4, 12).

Вообще, мы не знаем в Св. Писании такого случая, когда бы апостолы отпускали кающимся грехи. Напротив, Св. Писание повествует о ряде случаев, когда апостолы возвещали, что “Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их” (Деян. 10, 4; Деян. 13, 32-38).

Больше того, нигде в Свящ. Писании не упоминается, чтобы “отпущение грехов” и “исповедание прихожан” входило в круг обязанностей апостолов или проповедующих Евангелие. Никогда, ни при одном случае обращения грешников ко Христу апостолы не “разрешают” грехов “властью данной им от Бога”. Напротив, когда ап. Павел узнает о покаянии впавшего в грех, и будучи уверен, что Христос приходящего к Нему не изгоняет вон (Иоан. 6, 37), апостол увещевает церковь в Коринфе проявить к покаявшемуся особенную любовь, говоря: “Вам лучше уже простить его и утешить, дабы он не был поглощен чрезмерною печалью” (2 Кор. 2, 7). Апостол Иаков советует верующим объединяться в молитве к Богу об освобождении их от всяких недостатков, открывая друг другу нужды, о которых хотят молиться. Он говорит: “Признавайтесь друг пред другом в проступках, и молитесь друг за друга” (Иак. 5, 16). Но следуют ли священники этому правилу? Мы не знаем случая где бы священник поведал о своих собственных грехах тому, кого он исповедует и пригласил его помолиться вместе о взаимной нужде.

Разберем теперь случай “с уверовавшими, которые открывали дела свои” (Деян. 19, 18), на что ссылается православная церковь.

Этот случай не имеет никакого отношения к устной исповеди, совершаемой пред священником. Обратим прежде всего внимание на то, кто открывал дела свои? — “Уверовавшие”! Другими словами те из язычников, кто уверовали во Христа, кто приняли благую весть прощения, и не имели нужды в “отпущении грехов”. Эти спасенные грешники уже знали, что “Кровь Иисуса Христа Сына Божия очищает их от всякого греха”. Открывая дела свои, “уверовавшие” открыто свидетельствовали пред апостолами и другими людьми о тех страшных делах, пороках и грехах, в которых жили до обращения ко Христу и от которых Христос освободил их. Так “признания” производились не только пред апостолами, но они исходили даже из уст самих апостолов. Послушайте, как ап. Павел “открывает дела свои”, говоря: “Вы слышали о моем прежнем образе жизни в Иудействе, что я жестоко гнал Церковь Божию и опустошал ее” (Гал. 1, 13). “Это я и сделал в Иерусалиме: получив власть от первосвященников, я многих святых заключал в темницы, и, когда убивали их, я подавал на то голос. И по всем синагогам я многократно мучил их, и принуждал хулить Иисуса, и в чрезмерной против них ярости преследовал даже и в чужих городах” (Деян. 26, 10—12). Ап. Павел свидетельствует о тех злодеяниях, от которых Христос его избавил, простив все грехи, призвав на служение “не человеками и не чрез человека” (Гал. 1, 1—5).

Наконец, православная церковь учит, что “на исповедь христианин является как больной, недугующий человек, а потому необходимо знать отчетливо, чем он болеет, чтобы лечение было успешным. По этому поводу можно сказать следующее: “Если человек этот духовно “больной и недугующий”, то в большинстве случаев имя такому человеку не “христианин”, а “погибший грешник”. Грех — ужаснейшая болезнь!

Болезнь наследственная: “в беззаконии зачат и во грехах родила мать”, болезнь — обессиливающая до того, что мы не способны бываем ни на какое доброе дело, не способны идти узким путем, ощущать тайну благодати, слышать голос Божий, болезнь — отвратительная, оскверняющая, заразная, мучительная и смертельная. Грех является болезнью неизлечимой, и только Христос может с нею справиться. Спаситель называет Себя врачом и, кто кроме Него владеет Божественным даром врачевания и спасения (Лука 4, 18). Ко всякому “больному и недугующему” Христос обращается с призывом: “Приидите ко Мне!” (Мтф. 11, 28). Его метод лечения скорый, верный, радикальный, спасительный во всех веках, во всех поколениях. Его лекарство — ОН Сам. Весь мир — один сплошной госпиталь. Иисус Христос не разочаровал еще ни одного Своего “пациента”. С тех пор, как Он выступил на служение (Еф. 7, 24—25), не было еще ни одного смертного или безнадежного случая.

Для исцеления “недугующий” должен обратиться ко Христу!

Всякий грешник, осознавший гибельность своего беззаконного пути, может обратиться с молитвой покаяния ко Христу и от Него непосредственно получить прощение всех грехов, дар спасения в жизнь вечную.

В Св. Писании нет ни одного случая, когда бы грехи “отпускались” священником, пророком или апостолом. Путь возвращения к Богу и примирения с Ним начертан пред нами притчей о блудном сыне. Для грешника, жаждущего спасения души, — нет другого пути.

Человек же верующий, но споткнувшийся на своем пути следования за Христом, и желающий исправить свою ошибку, еще меньше нуждается в людском посредничестве. Ап. Иоанн так пишет к верующим: “А если бы кто согрешил (он не говорит, что мы имеем таинство исповеди и властью, данной нам от Бога, простим грехи), то мы имеем Ходатая пред Отцем, Иисуса Христа, Праведника” (1 Иоан. 2, 1).

Духовный брат может способствовать осознанию греха и исповеданию этого греха пред Господом, но ни в коем случае не “прощать и разрешать содеянный грех”. Ап. Павел пишет об этом духовным служителям, говоря: “Братия! если и впадет человек в какое согрешение, вы, духовные (не говорит: исповедуйте и разрешайте властью, данной вам от Бога), исправляйте такого в духе кротости, наблюдая каждый за собою” (Гал. 6, 1—2).

Ограниченность и слабость человеческая настолько велики, что человек, взявший на себя смелость исповедовать других и прощать грехи вместо Бога, находился бы в постоянной опасности оказаться неверным пред Господом Богом. Не будучи всезнающим, человек этот мог бы “связать” там, где Бог желал бы простить, и “простить и разрешить” там, где грех исповедан, но еще не оставлен. Не так ли и случается? Человек на исповеди “перечисляет” свои грехи священнику только формально, для того лишь, чтобы получить “отпущение” и продолжать жить в тех же самых грехах и пороках.

Человек только “пересказал” свои грехи, но с ними не расстался, отношение ко греху осталось прежним, греховная жизнь не изменилась.

Человеку-исповеднику грозит опасность оказаться несправедливым к людям. Хотя священник и “должен знать все отчетливо”, прежде чем прочитает молитву отпущения грехов, но все же сердце человеческое для него всегда “потемки”, и священник из чувства страха и по различным человеческим мотивам и соображениям (а иной раз и прямым выгодам), может оказаться лицеприятным и подпасть осуждению, вместе с тем, кого он выслушивает.

Только один Христос, “пребывающий вечно, имеет священство непреходящее” (Евр. 7, 24), может отнестись к кающемуся с совершенной справедливостью, “и нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто пред очами Его: Ему дадим отчет” (Евр. 4, 13). “Таков и должен быть у нас Первосвященник: святый, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников и превознесенный выше небес... священнодействователь святилища и скинии истинной, которую воздвиг Господь, а не человек... Он принесши одну жертву за грехи, навсегда воссел одесную Бога. Он... ходатайствует за нас” (Евр. 7, 26; 8, 2; 10, 12; Римл. 8, 34). “ Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи... Ибо един... посредник между Богом и человеками, человек Христос Иисус” (Евр. 4, 16; 1 Тим. 2, 5).

10

ПОКАЯНИЕ


“Если не покаетесь, все так же погибнете”... (Лука 13, 3)

Призыв к покаянию является основным призывом Христа к погибающему человечеству. Воля Божья в отношении человека, нуждающегося в спасении, никогда еще не была изменена. Она выражена все теми же, всем понятными словами: “Покайтесь в веруйте в Евангелие”. Покаяние, следовательно, — одно из главных условий нашего спасения.

Но что значит покаяться?

“Метания” — греческое слово “покаяние” — состоит из двух слов: “мета” — перемена и “ноима” — мысль, разум, мышление. “Метания” — в дословном переводе означает: перемена “образа мыслей” (Лука 1, 17). Само собою понятно, что перемена мышления производит перемену и во всех остальных проявлениях человеческой личности, ибо “каковы мысли в душе человека, таков и он” — говорит Св. Писание (Притчи 23, 7). “Метания” означает поэтому полную перемену, революцию, подлинный переворот в душе человека, свержение власти сатанинской и утверждение власти в Царстве Божьем.

Библия богата красочными примерами покаяния. Вспомним блудного сына и его покаянное решение: “Встану, пойду к отцу моему и скажу ему: отче! я согрешил против неба и пред тобою, и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих. Встал и пошел к отцу своему...” (Лука 15, 18—20). Вспомним блудницу в доме Симона прокаженного, которая омыла ноги Спасителя слезами, и волосами головы своей отерла их. (Лука 7, 38). Вартимея, громко взывающего: “Иисус, Сын Давидов, помилуй меня...” Вартимей встретился с немаловажным препятствием: “многие заставляли Вартимея молчать, но он еще больше стал кричать: Сын Давидов, помилуй меня” (Мк. 10 гл.). Мытаря, не смевшего поднять очей своих кверху, но стоявшего в полумраке храма и, ударяя себя в грудь, молившегося: “Боже! будь милостив ко мне грешнику!” (Лук. 18 гл.). Все эти и многие другие примеры покаяния весьма ценны и способны оказать весьма многое тем, кто желал бы последовать их благородному примеру. Но ни один случай покаяния так ярко не отображает самого процесса покаяния как поразительное пророчество Захария о грядущем национальном покаянии израильского народа.

Вот это пророчество: “А на Дом Давида и на жителей Иерусалима изолью дух благодати и умиления, и они воззрят на Него, Которого пронзили, и будут рыдать о Нем, как рыдают об единородном сыне, и скорбеть, как скорбят о первенце” (Зах. 12, 10).

Подлинное покаяние, на основании слов приведенного текста, есть не что иное, как чудесное действие излившегося Духа Святого. “Изолью духа”, — говорит Господь.

Как часто мы, люди, связываем покаяние с теми или иными аргументами человеческого ума, с научными доказательствами, со страхом расплаты за содеянное, страхом смерти, со всевозможными психологическими воздействиями на чувство и волю слушателя. На самом же деле истинное покаяние приходит к нам как дар свыше, как “Дух благодати” от Бога. Ибо “благость Божия ведет нас к покаянию. (Римл. 2 гл.).

В деле нашего пред Богом покаяния, “Дух благодати” играет очень важную роль. В представлении нашего плотского “я” покаяние всегда связано с чем-то унизительным, нежелательным, неприятным, и нам трудно бывает справиться с этим неправильным чувством. И вот здесь “Дух благодати” приходит к нам на помощь. Он дает нам нужную силу, и в этом выражается Его великое к нам благо. “Благодать” или “Дать — благо” является к нам в виде чего-то, в чем мы испытываем крайнюю нужду, но не имеем в самих себе сил этой нужды удовлетворить.

Мы, люди, никогда не сможем каяться в грехах своих до тех пор, пока мы не получим правильного о них понятия, пока не осознаем степени их преступности пред Богом. Мы способны бываем тогда только видеть наши грехи, в их множестве и во всем их отталкивающем виде, когда Бог открывает нам наши духовные очи. Там, где еще нет подобного видения грехов, там не было еще и “Духа благодати”. Там, где нет покаяния, не может быть прощения грехов и желанного спасения.

Заметьте дальше, что Господь обещает излить не только “Духа благодати”, но и “Духа умиления”...

Дух умиления, это Тот самый Дух Святой, которого Бог излил на апостолов в день пятидесятницы. Это Он дал ученикам силу проповедовать Слово, грешникам — желание каяться, как написано: “Слыша это, они умилились сердцем и сказали Петру и прочим апостолами: Что нам делать, мужи братия?”.

В подлинном покаянии должен участвовать весь человек, весь полностью и без остатка. Когда наше сознание пробуждено, совесть вскрыта, разум просвещен, воля готова подчиниться воле Божьей, нашему порочному сердцу, “сердцу каменному” надлежит тогда стать “сердцем плотяным”; сердцу упорному, жесткому, звериному необходимо расплавиться, растаять... Придти в состояние подобного умиления мы сами неспособны, не можем. Но если мы обращаемся к Богу, “Дух умиления” производит в нашей душе нужную перемену. “Дух умиления” указывает нам на распятого, на Того, Которого пронзили... “Воззрят на Него”.

Взгляд на невинного, страдающего Спасителя всегда был основой истинного покаяния. Кающемуся надлежит как бы пройти по кровавым следам Христа от Гефсимании до Голгофы, и там с Ним встретится. Дух Святой приводит кающегося на это лобное место, как пойманного убийцу на место содеянного им преступления, и ожидает от него “принесения повинной”, безусловного покаяния.

Стоя на Голгофе и взирая на Распятого, мы впервые видим себя в числе тех, “кто возлюбил более тьму нежели свет”, враждовали с Богом, избрали Варраву, распяли Христа и лично ответственны пред Богом за все содеянное. Наша душа наполняется тогда внутренним трепетом, мы приходим в ужас, в отчаяние, и сердце разражается рыданиями... “И будут рыдать о Нем, как рыдают об единородном сыне, и скорбеть, как скорбят о первенце”.

Конечно, есть случаи покаяния, и таких немало, когда кающийся решительно порывает со всяким известным его совести грехом, не проронив при этом ни одной слезы, но сонмам покаявшихся людей знакомо то чувство скорби и рыдания, о котором говорит разбираемое нами пророчество.

В религиозном опыте встречается два вида плача: плач истинный и плач ложный. Их легко различить. Правильный плач всегда будет “ПЛАЧ О НЕМ”, плач о своих тяжких грехах, причинивших Спасителю столь невыразимые страдания. Плач ложный — плач о себе самом — самооплакивание.

Есть люди, которые никогда еще не “рыдали о Нем”, но сколько пролили они слез, плача о самих себе. Этот вид плача имеет мало общего с христианским покаянным чувством. Подобно Исаву, продавшему свое первородство за чечевичную похлебку (Евр. 12 гл.), Иуде, бросившему сребреники первосвященникам, богачу-юноше, “отошедшему с печалью”, и многим другим, эти люди плачут о себе, скорбят не о том, что поддались соблазну игры, а о том, что “проигрались”, сожалеют горько не о грехе, а о последствиях греха.

Немало встречаем мы людей себя оплакивающих и среди лиц, ищущих покаяния. Прося Бога о прощении души, они плачут, но не о грехах своих, заставивших Христа, “как непорочного и чистого Агнца”, оставить славу небес, придти на землю, принять нашу вину, испить всю чащу нашего позора и страданий... Они вопят о своей неудачно сложившейся жизни, о несбывшихся мечтах, отравленных радостях, навсегда погребенных надеждах, об изношенном теле своем, о полном своем одиночестве, об удручающей сознание собственной беспомощности, об отсутствующей материальной обеспеченности, о расшатанном здоровье и частых своих недугах, об утраченной репутации и безразличном к ним отношении когда-то близких им людей.

Почему Бог не придает значения такому самооплакиванию и не принимает его за должное покаяние? Почему Бог не благоволит к слезам Исава или Иуды и не может дать им Своего благословения?

Потому что человек, оплакивающий самого себя, не перестает быть центром личного своего внимания. Заметьте, что в истинном покаянии центр этот переносится с кающегося грешника на милующего Бога. До покаяния главным центром жизни кающегося было его порочное, эгоистичное “я”, и вокруг этого центра вся его жизнь вращалась. После покаяния единственным центром внимания и всей жизни покаявшегося становится Бог.

Отсюда, самооплакивание больше вредно человеку, чем полезно. Самооплакивание удаляет человека от Бога и не позволяет ему ощутить в себе должную покаянную глубину, не дает ему, как говорят, “стукнуться о дно”, чтобы опять “всплыть кверху”...

Самооплакивание вредно еще потому, что истинное сокрушение сердца и обращение к Богу приводит кающегося к радости, из бездны отчаяния оно подымает человека и ставит его на скалу, тогда как самооплакивание отказывает плачущему в утешении, оно толкает человека в “топь уныния”, к отчаянию, к самоубийству...

Христос сказал: “Блаженны плачущие, ибо они утешатся...” И все, кто прошли путем горького покаянного вопля, неизменно обретали небесное утешение и радость. Давид свидетельствует об этом, говоря: “Услышал Господь голос плача моего, услышал Господь моление мое и обратил сетование мое в ликование”... (Пс. 29 гл.).

Пророк Исаия пишет: “Возвестите сетующим на Сионе, что им вместо пепла дается украшение, вместо плача елей радости, вместо унылого духа славная одежда” (Ис. 61 гл.).

Подлинное покаяние поднимает человека, поднимает его сердце, его голову, его руки. Истинное покаянное рыдание всегда заканчивается духовным возрождением, уверенностью в прощении грехов и радостью спасения. Крест Голгофы, в начале вменяющийся грешнику в вину, позже принимается им, как единственная основа его прощения.

Христианство первых веков было религией радости. Примирившиеся с Богом грешники, спасенные по его благодати, знали в те времена, что значит “радоваться радостью неизреченною и преславною”. Но пять веков спустя, когда люди пытались следовать за Христом без предварительного покаяния, без оставления грехов, без обновленной жизни и Духа Святого, христианству стали приписывать подавленное настроение духа, печальное выражение лица и унылое сердце.

Грех — болезнь мучительная и смертельная, и трудно человеку радоваться, пока он подвержен этой болезни. Но радость, как сильное пламя, внезапно охватывает его, когда он убеждается в полном своем исцелении. Горькие слезы покаяния прекращается, когда Бог снимает с плачущего его греховное рубище и облекает в ризы спасения.

Чрезвычайно важно заметить, что в истинном покаянии усматривается четыре главных момента:

Угрызение совести (Иоан. 16, 8—11).

Сокрушение сердца (Псалом 50-й).

Исповедание уст (Римл. 10, 9—13).

Исправление жизни (Мтф. 3, 8).

Не подлежит сомнению, что все эти четыре этапа покаяния очень важны и, однако, ничто так не свидетельствует об истинности покаяния, как “сотворение достойного плода покаяния” — исправление жизни. Мы готовы забыть иногда, что покаяние наше бывает действительным только когда мы воздерживаемся от того, в чем каялись, и не допускаем уже в нашей жизни грехов, однажды пред Богом исповеданных. Грех, Богом прощенный, есть только грех, нами навсегда оставленный!

Слушайте, что говорят по этому поводу некоторые из отцов Церкви:

Иоанн Златоуст: “Чтобы получить прощение от Бога, не довольно молиться два или три дня, надобно произвести перемену всей жизни и, оставив порок, постоянно пребывать в добродетели. Бог не оставляет нам грехов, когда мы сами их не оставляем”.

Василий Великий: “Самый верный знак, по которому всякий кающийся грешник может узнавать, действительны грехи его прощены Богом, есть тот, когда мы чувствуем такую ненависть и отвращение от всех грехов, что лучше согласимся умереть, нежели произвольно грешить опять пред Господом”.

Григорий Богослов: “Покаяние имеет как бы два лица. Оно взирает на прошедшее и будущее; на прошедшее, дабы оплакивать содеянные грехи, на будущее, чтобы не делать их уже более”.

Андриан Югский: “Покаяние есть договор с Богом об исправлении жизни”.

Исаак Сирии: “Кто в надежде на покаяние вторично совершает тот же грех, в котором принес покаяние, тот лукаво поступает с Богом”.

Повторяя грех, который сознательно осудил в себе, человек сводит на нет самый акт покаяния, делает его недействительным. Примирившись однажды с Богом, мы должны жить в мире с Ним, а это возможно только в том случае, если мы не допускаем сознательного нарушения Его воли.

Человек не освободится от греха, пока не раскается, пока не осудит себя, пока не познает грехов своих и их значения, и не принесет Богу плода своего покаяния.

Флорентийский тиран Лоренцо лежал на смертном одре. Три вещи отягчали его совесть: убийства, грабежи и узники. “Ты ищешь прощения у Бога?” — спросил тирана великий проповедник правды Савонарола. “Три вещи ты, Лоренцо, должен немедленно исполнить. Убийства? Их уже нельзя исправить — уповай на безграничное милосердие Божие. Награбленное? Все возврати собственникам, и если кого из них нет в живых, раздай нищим. Заключенные пленники? Выпусти измученных на свободу”.

Читатель! Нет надобности быть тираном и лежать на смертном одре, чтобы начать интересоваться вопросом спасения вашей души. Не надо совершать тяжких преступлений и жить в гнусных пороках, чтобы погибнуть. Ваша вина, какой бы она маленькой и ничтожной вам не казалась, достаточно велика для того, чтобы разлучить нас навеки с Богом.

Воззри же на Него, Которого пронзили, и покайся!

11

КРЕЩЕНИЕ

“Один Господь, одна вера, одно крещение” (Еф. 4, 5)

С начала третьего столетия и вплоть до наших дней мы встречаем в христианских церквах множество разных определений сущности крещения.

Обратимся поэтому к первоисточнику. Посмотрим, что говорит о таинстве крещения Св. Писание, и откуда произошли связанные с этим вопросом заблуждения.

Что такое крещение?

Слово “крестить” в греческом оригинале, означает “погружать” или “хоронить в воде”.

Крещение, по словам Св. Писания, является символом погребения греховной жизни уверовавшего. Со Христом крещаемый умер для греха и воскрес с Ним для “обновленной жизни”. Поэтому ап. Павел пишет: “Неужели не знаете, что все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились? Итак мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его, — то должны быть соединены и подобием воскресения” (Рим. 6, 3—5).

Крещение — прообраз омытия наших грехов в жертвенной Крови непорочного и чистого Агнца и возрождения от Духа Святого: “И вас, которые были мертвы во грехах и в необрезании плоти вашей, оживил вместе с Ним, простив нам все грехи” (Кол. 2, 13).

Крещение — наше публичное свидетельство пред людьми и пред Богом о том, что в смерти Христа мы нашли спасение, ибо “подобное сему образу крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа” (1 Петр. 3, 21).

Актом крещения крестящийся исповедует, что он чрез веру вступил в тесное общение со Христом и получил от Него прощение грехов: “зная то, что ветхий наш человек распят с Ним... дабы нам не быть уже рабами греху” (Рим. 6, 6). Ибо “во Христа крестившиеся, во Христа облеклись”, и “уже не я живу, но живет во мне Христос”, ибо “сораспялся Христу” (Гал. 2, 19—20; 3, 27). Крестящийся как бы говорит: я не возлагаю никакой надежды на мою плоть, я ей не доверяю. Я даже не допускаю мысли о возможности исправления своей ветхой, греховной натуры, а потому я отдаю ее на смерть, перехожу на сторону Христа и выступаю против самого себя (Рим. 7, 18—19; 6, 11—14; 8, 1 и 8—9).

Спасает ли крещение?

Крещение никого не спасает. Спасает Христос Своей пречистой Кровью (Откр. 1, 5; 1 Иоан. 1, 7). Крещение является как бы подтверждением того, что дар спасения нами уже прият, что Голгофская жертва и Дух Святый уже совершили дело спасения в нашем сердце: что мы уже приняли дарованную нам жизнь во Христе и наслаждаемся ею.

Запомним же, что не крещение приводит к спасению и новой жизни, а новая жизнь приводит к крещению. Там, где Дух Святой не произвел еще перемены в жизни, там крещение лишено всякого основания. Предварительным условием истинного крещения является сознательная вера во Христа, покаяние и обращение к Богу, ибо только тот, “кто будет веровать и креститься, спасен будет” (Мк. 16, 16). Заметьте, что не креститься сначала, а потом, веровать, но сначала уверовать, а затем уже креститься. Такой порядок установлен самим Богом, и как много вреда причинило христианству искажение этой Божественной последовательности.

Господь дал людям ясное поведение, говоря: “Идите, научите все народы, крестя их” (Мтф. 28, 19). Сначала надо научить, а потом уже крестить. Так крестил Иоанн Креститель: Мтф. 3, 6. Так, исполняя всякую правду, крестился Сам Господь: Мк. 1, 9. Так были крещены Его ученики: Иоан. 3, 22—26; 4, 1. Так крестить заповедано апостолам: Мтф, 28, 19. Так апостолы и совершали крещение: Деян. 2, 38—41; 8, 12; 36, 38; 9, 18—19; 10, 47. Так крестились все верующие древнеапостольской церкви. Они, услышав Слово Спасения, каялись, принимали Христа в сердце, и затем крестились: Деян. 10, 32—34; 45, 17; 16, 14-15; 18, 8; 19, 5-7.

Заметим также, что для совершения крещения требовалось “много воды”, настолько много, чтобы крещаемый мог “скрыться под водой” (Иоан. 3, 23).

Крещение есть личное повеление Господа, данное проповедникам Евангелия — крестить: “крестя их” (Мтф. 28, 19), а верующим в Евангелие — креститься, “и да крестится каждый из вас” (Деян. 2, 38; 9, 18).

Ведет ли обычай крещения детей свое начало от апостолов?

Мы, русские, принявшие христианство спустя девять веков после его основания, унаследовали его от Греции уже тогда, когда христианство было сильно засорено, испытало на себе влияние различных государственных систем и пропиталось Византийским язычеством. Приняв христианство не из первоисточника, а как бы из вторых рук, мы приобщились ко всем его “готовым” вековым наслоениям и заблуждениям. Вместе с этими отступлениями от Св. Писания мы приняли и учение о крещении детей. Этот исторически проверенный факт лишает нас, русских, права пользоваться всеми излюбленной фразой: “православие ведет свое начало от апостолов...”

О крещении детей в первоапостольской церкви нигде нет ни малейшего упоминания. Мы не встречаем случая детокрещения ни в одной книге Св. Писания. Исследуя церковную историю, мы находим, что первым, кто упоминает о крещении детей, был епископ Лионский Ириней (около 200 года по Р. X.). Но было бы ошибкой допустить, что к этому именно времени учение о крещении детей вылилось в форму церковного догмата. Напротив, еще в IV веке крещение взрослых было обычным церковным правилом. Лишь в VI веке, когда господствующее положение государственной церкви утвердилось, крещение младенцев стало явлением распространенным, общепринятым и даже обязательным.

Для тех, кто любит ссылаться в вопросе крещения детей на отцов церкви, не лишним будет напомнить, что Иоанн Златоуст, живший в IV веке и родившийся от родителей-христиан, был крещен двадцатилетним юношей. Григорий Богослов, живший в IV веке, сын христианина-проповедника, был крещен только в 24 года. Василий Великий, живший также в IV в. и родившийся в христианской семье, принял крещение, когда ему было уже 30 лет. Августин блаженный, мать которого Моника была христианкой и даже причислена к лику святых, крестился также 30-ти лет. Киприян крестился 45 лет от роду. Многие другие христианские подвижники и мученики приняли крещение также в зрелом возрасте.

Как и почему возник обряд крещения детей?

Детокрещение оказалось выгодным для государства, на службу к которому церковь попала, лишившись своей самостоятельности. Детокрещение доставляло государству подходящий элемент в лице людей, в детстве крещенных, но бессознательных и пассивных, готовых на послушание не только добру, но и злу, если таковое облечено в “благородные” и “возвышенные” идеи. Поддержанию такого учения содействовали и соответствующие правительственные указы.

В кодексе Юстиниана сказано: “Родители, как скоро сами они крещены, обязуются под страхом тяжких наказаний крестить и своих детей”. (Алмазов, 592 стр.). Закреплению и узаконению этой ереси помогли знатные и влиятельные прихожане, так называемые “благотворители церкви”.

Император Лев Философ повелел крестить детей до истечения 10 дней после рождения. Были и другие государственные указы, направленные к закреплению этой ереси, перечислять которые считаем излишним.

Второй причиной к отступлению послужило то, что духовенство государственной церкви, переходя из рода в род, стало пополняться лицами неапостольского призвания. Появились люди “церковной профессии”. Таким пастырям-профессионалам выгодно было умножать количество крещенных, притом без всякой проповеди, Евангелия, даже без катехизации и оглашения.

Евангелие с течением времени все больше и больше заслонялось ложными человеческими учениями, как-то: учением гностиков о магической силе таинств, языческими суевериями, традициями, постановлениями отцов церкви, вселенских соборов, всегда действовавших под известным давлением светской власти.

Вековые заблуждения принимались сменившимися поколениями безоговорочно, ибо заблуждения эти выдавались за истину кристальнейшей чистоты, не требующую доказательств, и всякий, кто имел смелость усомниться в подлинности догматов и верности учения, объявлялся церковью еретиком и отступником. Обсуждать и проверять правильность православных догматов веры? Да нужно ли это?

В России такой вопрос никогда не поднимался ни в церковной, ни в светской литературе. Церковная цензура никогда бы ничего подобного в печать не пропустила. Ожидать решения этого вопроса в общецерковном масштабе не приходится. Те, кто прозрел духовно, решают его в личном порядке.

Что говорит о крещении детей Слово Божие?

Дети не нуждаются в крещении. Христос говорит, что “таковых есть Царствие Божие” (Лук. 18, 16) и ограничивается благословением их. В другом месте Христос говорит, что “ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего небесного” (Мтф. 18, 3—4 и 10; Мк. 10, 14—15). Спаситель неоднократно подчеркивает, что если мы, взрослые, не обратимся и не станем как дети, “не сможем войти в царство Божие” (Лука 18, 16—17).

Ап. Павел говорит, что дети освящаются родителями-христианами (1 Кор. 7, 14), и как таковые не нуждаются в таинствах, пока дети. Крещение ни в коем случае не является “новозаветным обрезанием”, иначе младенцам и взрослым женского пола не надо было бы креститься вообще, как не надо им было обрезываться в Ветхом Завете. Галатам, признававшим ветхозаветное обрезание, ап. Павел не говорит, что оно заменено в Новом Завете крещением (Гал. 5, 6—11 и 6, 15) — но, напротив, решительно разграничивает эти два понятия, открывая истинный смысл того и другого.

Для всякого, уверовавшего в Иисуса Христа, крещение является сознательным вступлением в новый союз (Новый Завет) с Богом. Сознательная вера в Христа, как личного Спасителя, приводит грешника к возрождению. Там, где отступает такая вера, не может быть рождения свыше, а раз так, то недопустимо тогда и само крещение. В подобном случае оно окажется лишь лжесвидетельством о спасении, которого он, крещаемый, от Бога не получил.

Защитники крещения детей часто ссылаются на случай, где после проповеди ап. Петра крестился сотник Корнилий и “весь дом его”, а там могли оказаться и дети. Но “могли быть” не значит “были”, а если бы и были, то и тогда выражение “весь дом” относится лишь к тем, кто мог “внимать тому, что говорил” Петр, т. е. людям, способным веровать. Говоря “мобилизован весь дом” для работы в поле, мы подразумеваем, что принимают участие все способные к труду, а отнюдь, не младенцы.

Крещение должны принимать только уверовавшие, независимо от их пола и возраста. Но способны ли веровать “младенцы?”

Крещение — это единственная дверь к вступлению покаявшегося грешника в общение с видимой церковью Христовой: “Итак охотно принявшие слово его крестились, и присоединилось в тот день душ около трех тысяч” (Деян. 2, 41). Присоединиться к церкви иным способом невозможно.

“Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь” (Мтф. 28, 19-20).

12

МИРОПОМАЗАНИЕ


“Глазной мазью помажь глаза твои, чтобы видеть...” (Откр. 3, 18)

“Неразумные (девы), взяв светильники свои, не взяли с собою масла” (Мтф. 25, 3)

Таинство миропомазания по учению православной церкви состоит в том, что крестившемуся младенцу после молитвы о ниспослании Духа Святого крестообразно помазуются елеем лоб, уши, ноздри, грудь и ноги, с произнесением слов: “печать дара Духа Святого”. В миропомазании верующие получают якобы силу свыше, помогающую им исполнять заповеди Евангельские и возрастать в духовной жизни. Однажды совершенное над верующими таинство это никогда не может быть повторено, ибо свое благодатное действие оно простирает на всю жизнь человека.

Вряд ли нужно догматически доказывать, что никакой силы свыше чрез миропомазание не сообщается. Жизнь миллионов людей, миропомазанных в прошлом и миропомазующихся ныне, противоречит тому, в чем стараются убедить нас теоретики-формалисты.

Дух Святой — самая реальная, самая свободная и могущественная сила в мире. Дух Святой не был еще и никогда не сможет быть монополизирован ни одной церковью: “Дух дышет, где хочет” (Иоан. 3, 8). Он “дается Богом повинующимся Ему” (Деян. 5, 32), к действиям Духа Святого неприменимы человеческие рамки или условности, но присутствие Духа Святого в сердце верующего может быть всегда проверено по плодам и дарам Духа Святого. Плоды Святого Духа являются признаком истинной жизни во Христе: “ибо по плодам их узнаете их” (Мтф. 7, 20). Если Дух Святой, действительно, “вселился в ны и очистил ны от всякой скверны” — перемена образа жизни станет для всех очевидной, и скрыть эту перемену будет делом невозможным, но там, где Дух Божий “не принят”, где Духу Святому “не повинуются”, Дух Святой — только абстрактное понятие, которое можно облечь в какую угодно бездушную форму.

Церковь ввела миропомазание в свою служебную практику почти одновременно с крещением младенцев. Заблуждение это было церковью допущено по следующим причинам:

Миропомазание явилось следствием проникновения в христианскую церковь некоторых ветхозаветных обрядов и установлений.

Уже ап. Павлу как защитнику христианства в чистом виде, пришлось вести серьезную борьбу с так называемыми “иудействовавшими христианами”. Эти христиане, обращенные из иудеев, настаивали на том, чтобы христиане, обращенные из язычников, обрезывались, а иудеи, перешедшие в христианство, исполняли Моисеев закон. Этому вопросу Павел посвятил три послания: к Римлянам, Галатам, Евреям. В них он указывает, что “конец закона — Христос” (Рим. 10, 4) и что ветхозаветное ритуальное богослужение было только прототипом и прообразом реальных духовных переживаний верующего Нового Завета. В первом завете господствовала “буква закона”, во втором — “Дух животворящий”; там — предсказания, здесь — исполнение предсказаний; там — символы, здесь — реальная духовная сущность; там — “кровь жертвенных животных, которая никогда не может истребить грехов” (Евр. 9 и 10 главы), здесь — Христос, “непорочный и чистый Агнец” (1 Петра 1, 19; Иоан. 1, 29), “взявший на Себя грехи всего мира”; “там — “скиния видимая”, здесь — “храм духовный”, там — первосвященник, “обложенный немощью”, здесь — “Первосвященник на веки Совершенный”; там — “елей помазания”, здесь— “Помазание от Святого, Дух Святой”, там — видимое; здесь — духовное; там — временное; здесь — вечное.

Бог провел резкую грань между двумя заветами, и тем не менее уже в первом веке всячески стремились устранить эту грань. Ап. Павел удачно и надолго отразил тогдашнее посягательство на простоту и свободу во Христе, но позже церковь христианская все же не сохранила за собою этих священных позиций, так как “по отшествии (ап. Павла) вошли (в церковь) лютые волки, не щадящие стада” (Деян. 20, 29—31). Пророческие слова ап. Павла о лютых волках в точности исполнились. В роли “лютых волков, не щадящих стада”, явились гностики, стремившиеся примирить христианство с иудейством и языческой философией, создав из них “единую веру”. Попытка эта являлась реакций языческого ума против простоты и ясности, не сложных, но истинных воззрений первоапостольской церкви. Гностицизм оказался неизбежным следствием столкновения язычества с разросшимся уже тогда и укрепившимся христианством. Исходя из эллинского идеализма, восточного пантеизма и христианского откровения, это новое учение впало в крайность, а порой даже в фантастические религиозные мудрствования и мистический символизм.

Хотя учение это потерпело поражение, тем не менее оно оставило свою окраску, от которой ортодоксальная церковь не смогла избавиться до настоящего времени.

Миропомазание основано на превратном понимании терминов Новозаветных Писаний.

Говоря о Новозаветном духовном опыте христианина, апостолы часто пользовались Ветхозаветными терминами и прообразами. Так, например, ап. Иоанн говорит о Духе Святом как о помазании свыше: “Вы имеете помазание от Святого, и знаете все”, “Помазание, которое вы получили от Него, в вас пребывает”, “Сие помазание учит вас всему” (1 Иоан. 2, 20, 27), “Когда же приидет Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину” (Иоан. 16, 13). Ап. Павел, устраняя в деле получения “помазания свыше” всякое человеческое посредничество, пишет, пользуясь все тем же термином: “Помазавший нас есть Бог, Который и запечатлел нас и дал залог Духа в сердца наши” (2 Кор. 1, 21—22). Читая все это, нововозрожденные люди не могут не понять, что в Ветхом Завете помазание совершали священники и пророки, в Новом же совершает его Сам Бог. В Ветхом Завете помазание совершалось елеем, как прообразом Духа Святого, в Новом же Завете — Сам Бог “запечатлевает обетованным Святым Духом” (Еф. 1, 13).

Для христиан древнеапостольской церкви вообще, а в особенности для тех, кто получил помазание Духа Святого в день Пятидесятницы, такие термины как “помазание”, “горящие светильники”, “реки воды живой”, “святилище”, не нуждались в истолковании. Они были настолько понятны, что евангелист Иоанн только в одном случае поясняет, говоря: “Сие сказал Иисус о Духе, Которого имели принять верующие в Него” (Иоан. 7, 38—39).

Но с тех пор сменились десятки поколений. В церковь проникли люди заведомо не возрожденные, люди, которым были чужды проявления Духа Святого в личной жизни искупленных. Возникла вполне естественная потребность чего-то видимого, что могло бы напоминать о духовных реальностях. Эти невозрожденные люди, не имея Духа Святого как реальной сущности, возвратились снова к ветхозаветному прообразу Духа Святого, к елею, к миропомазанию...

Но здесь их, заблудившихся, ожидала другая ступень заблуждения. Оказалось, что не было такого случая во всем Новом Завете, когда бы Дух Святой ниспосылался уверовавшему в результате помазания его елеем. Это обстоятельство привело “отцов церкви” к компромиссному решению ввести помазание вместо новозаветного возложения рук. Но на каком основании принято было такое решение, и кто дал право “отцам церкви” изменять и отменять установления Божии? Этого никто не знает, даже люди, искушенные богословскими науками. Протоиерей Петр Смирнов, автор “Изложения христианской православной веры”, объясняет это таким образом: “Почему возложение рук заменено миропомазанием в Писаниях апостольских на это ответа нет!..” Но если ответа нет (хотелось бы ответить Петру Смирнову), тогда зачем искать какое-то “основание” вне Св. Писания — будь то в предании, или у Киприана, Тертуллиана и других христианских деятелей, писателей и историков, лишь удачно зарегистрировавших наличие многих заблуждений тогдашней церкви.

В западной церкви миропомазание совершается над крещаемым не тотчас после крещения, как это принято совершать в церкви православной, а по достижении крещенным отроческого возраста.

Позднейший обычай Западной церкви ударять помазанного по щеке не имеет основания не только в Ветхом Завете, но вряд ли нечто подобное допускается в каком-либо языческом культе. Сбывается Писание: “И стало у них словом Господа: заповедь на заповедь, правило на правило, тут немного, там немного...” (Ис. 28, 13).

Там, где к Слову Божию наблюдается такое кощунственное отношение, Господь повелевает: “Выйдите из среды их, и отделитесь... и не прикасайтесь к нечистому, и Я приму вас. И буду вам Отцем, и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель” (2 Кор. 6, 17—18).

13

ЕЛЕОСВЯЩЕНИЕ

“По сей причине... держись образца здравого учения” (2 Тим. 1, 6 и 13)

Православная церковь учит, что “елеосвящение есть таинство, в котором при помазании больного освященным елеем призывается благодать, врачующая от болезней души и тела. Лица, приеемлющие сие таинство, суть одержимые сильною болезнью. При совершении елеосвящения должно не только присутствовать, но и участвовать в таинстве семь священников. Только по нужде церковь разрешает совершать это таинство одному священнику, обязывая его мазать больного елеем семь раз, как бы от лица семи пресвитеров...”

В связи с вопросом помазания больного елем, Св. Писание дает ясное указание, говоря: “Болен ли кто из вас? пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазав его елеем во имя Господне, — и молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему” (Иак. 5, 14-15).

Сопоставляя православное учение с вышеприведенным указанием Божиим, мы видим, что участие в помазании семи священников, а также семикратное помазание елеем ни на чем не основано. Священное Писание оставляет полную свободу выбора числа лиц, участвующих в помазании. Что же касается того, сколько именно раз больной должен быть помазан, то здравый смысл подсказывает, что только один раз и притом одним из присутствующих при помазании пресвитеров.

Православное вероучение переносит центр тяжести елеосвящения на “освященный елей”, приписывая ему какое-то магическое действие, в то время как Слово Божие в основу таинства елепомазания полагает “молитву веры”, от которой зависит восстановление здоровья больного христианина, ибо сказано: “И молитва веры исцеляет болящего”.

Православное вероучение в этом вопросе как бы подчеркивает роль помазующих священников, тогда как Слово Божие, напротив, повелевает пресвитерам помазать больного елеем во имя Господне, и этим как бы подчеркивает, что исцеление произошло совсем не благодаря их участию, что главная роль в исцелении отведена Имени Христову.

Это значит, что не “чудотворцы” исцеляют больного, а Господь, и слава принадлежит только Имени Иисуса Христа. О такой именно “непричастности” к исцелению апостолы постоянно заявляли. Были случаи, когда народ готов был приписать славу исцеления служителям Христовым, и даже поклоняться им. Как поступили апостолы, исцелив хромого? “Увидев это, Петр сказал народу: мужи Израильские! что дивитесь сему, или что смотрите на нас, как будто бы мы своею силою или благочестием сделали то, что он (парализованный) ходит?.. Ради веры во имя Его, имя Его укрепило сего, которого вы видите и знаете, и вера, которая от Него, даровала ему исцеление сие пред всеми вами” (Деян. 3, 12 и 16).

Согласно православному вероучению право верующего на призвание пресвитеров и на молитву помазания ограничено случаем только весьма “тяжелого недуга”. Слово Божие, напротив, дает нам полную свободу в этом вопросе.

Слово Божие ставит все в полную зависимость не от степени болезни, а от свободного желания болящего.

Мы знаем на практике, что елеосвящение совершается православной церковью не с целью получить исцеление (в возможность которого редко верит молящийся или тот, за кого молятся), а в надежде на “полное отпущение грехов”. Священника приглашают совершить над больным елесвящение, и прибегают к нему уже тогда, когда все другие средства были испытаны, и всем стало ясно, что “больной не выживет”.

В заключение надо сказать, что в наши дни таинством елеосвящения редко кто пользуется даже в православной церкви. Позволить себе роскошь пригласить к больному семь священников, материально не всем доступно. Совершать миропомазание “по нужде”, пользуясь одним только священником, означает для некоторых “чего-то не доделать”, “поскупить пред Богом”... Итак, возвратимся к простоте Евангельской, будем держаться как советует ап. Павел, “образца здравого учения” (2 Тим. 1, 13). “Так поступая, никогда не преткнетесь, ибо так откроется вам свободный вход в вечное Царство Господа Нашего и Спасителя Иисуса Христа...” (2 Петр. 1, 10, 11).

14

ЕВХАРИСТИЯ

“Я уже не буду пить от плода виноградного до того дня, когда буду пить новое вино в царствии Божием” (Мк. 14, 15)

В IV веке некий монах Радберг Пасхазий пытался целым рядом софизмов доказать своим современникам, что хлеб и вино, принимавшиеся христианской церковью в течение столетий в “воспоминание” о смерти Спасителя, “пресуществляются”, т. е. меняют свою сущность по молитве священника, совершающего это таинство. Пасхазий утверждал, что хлеб и вино, которыми пользуются верующие, становятся действительной Кровью и действительным Телом Христа, тем Телом, которое было рождено от Девы Марии, и той кровью, которая струилась из ран Христа на Голгофском кресте.

Эта болезненная фантазия монаха-фанатика встретила немало протестов не только у духовенства, но и среди влиятельных мирян. Папа Иннокентий III был первым, официально упомянувшим об этой доктрине и одобрившим ее своим декретным письмом. В числе сочувствовавших этому новому учению, оказался также и папа Григорий Великий (Гильдебранд).

Собор (в 1059 году) в Риме под председательством папы Николая П-го после многих бурных протестов и споров признал фантазию монаха Радберта Пасхазия новым догматом западной церкви. Одновременно догмат этот проник и в восточную церковь несмотря на то, что окончательное отделение Западной церкви от Восточной произошло за пять лет до спора (в 1054 году). И все же, несмотря на всю строгость церковных узаконении, “догмат о пресуществлении” оставался долгое время одним из самых спорных вопросов западной церкви. Чтобы положить конец спорам, папа Григорий VIII установил своеобразный пост для кардиналов, которым было поручено добиться по этому спорному вопросу непосредственных указаний от Бога. “Указания” были якобы получены, но и таких указаний оказалось недостаточно. В 1160 году вопрос о догмате пресуществления был предложен на разрешение Парижского богословского факультета. К величайшему смущению кардиналов и папы, собравшаяся ученая коллегия отвергла догмат Пасхазия как лишенный всякого основания в учении Христа, и противоречащий здравому смыслу. Но и эти заключения ученой коллегии ни к чему не привели. Волнения и споры не прекращались. Чтобы положить конец спорам и не допустить опасных разделений в церкви, Латеранский собор (носящий в церковной истории название четвертого), торжественно объявил догмат пресуществления обязательным для всех христиан. С этого момента началась всем известная расправа с инакомыслящими. Папа Григорий IX учредил инквизиционный суд, представив его в заведование доминиканскому монашескому ордену. Упорствующих противников, как опасных еретиков, предавали светской власти для сожжения на кострах. Этой кровавой эпохе посвящены многие тома исторических изысканий.

В наши дни человеку, знакомому со Св. Писанием и свободному от угроз инквизиции, приходится удивляться не тому, что запуганные рабы средневековья подчинились страшному учению Пасхазия, и не тому, что священнослужители под угрозой неизбежной смерти заставляли этих рабов признать человеческое измышление за откровение свыше, но тому, как это заблуждение могло сохраняться в церкви, и как миллионы наших культурных современников-христиан продолжают верить лжи Пасхазия и заблуждению средневековья. Как современные богословы и деятели ортодоксального христианства никогда еще не потрудились задать себе вопроса, во что они верят и почему? Не странно ли? И странно и непонятно! Неужели так трудно определить что разумнее: принять ли на веру жалкое наследие вековых заблуждений, носящее печать долголетия, или же обратиться к доступному всем первоисточнику, к Слову Божию, и лично прийти к Истине.

Говоря об историческом развитии этого догмата, не следует заключать, что данное заблуждение было церковью допущено благодаря неясности Св. Писания. Напротив, ни один христианский догмат не освещен Св. Писанием так ясно, как именно этот.

Вспомните незабвенную сцену тайной вечери и всего того, что произошло в горнице, где была установлена Евхаристия. “В ту ночь, в которую предан был, (Он) взял хлеб и возблагодарив преломил и сказал: “Примите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание”. Также и чашу после вечери, и сказал: “Сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете, доколе Он придет” (1 Кор. 11, 23—26).

За время своего земного служения, Христос сотворил много чудес: Он исцелял больных, воскрешал мертвых, насыщал живых... Не может быть сомнения, что и там, в горнице, Христос мог совершить еще одно чудо.

Он мог пресуществить вино и хлеб, предметы последнего ужина, в действительную плоть и кровь, сделать хлеб тождественным той плоти, в которой Он в данный момент находился, однако мы не встречаем в Св. Писании никаких указаний о какой-либо перемене, происшедшей с хлебом и вином после слов Его благодарственной молитвы. В этом случае мы не видим ни малейшего намека на чудо, в котором, кстати сказать, Христос не видел тогда никакой надобности. Называя вино
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
hristiana
Site Admin


Зарегистрирован: 27.04.2008
Сообщения: 958
Откуда: Украина

СообщениеДобавлено: Пт Фев 14, 2014 7:08 am    Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

------Продолжение-----

19

БЕЗБРАЧИЕ СВЯЩЕННИКОВ

“Епископ должен быть... одной, жены муж...” (1 Тим. 3, 1-3)

Воспрещение клиру жениться было введено в западной церкви в 1073 году, когда римский архидиакон Гильдебранд, ставший сперва капелланом (священником при капелле, священником домашней церкви папы) и имевший на папу сильное влияние, был сам избран папой и вступил на престол под именем папы Григория VII-го. По вступлении на папский престол Григорий VII (которого один из близких к нему людей полусерьезно назвал “святым сатаной”), решительно запретил всем без исключения священникам вступать в брак. Кроме того, он потребовал, чтобы назначение на все духовные должности впредь совершалось по каноническому выбору и утверждению духовной власти, а не в силу так называемой “инвеституры”, т. е. передачи духовной должности, как “лена”, светским “сеньором” — духовному “вассалу”. Безбрачие священников, или, так называемый, “целибат”, лишало духовное лицо родственных связей с окружающей его средой. Епископы, аббаты, священники с этого времени не должны были уже считаться “вассалами” того или иного короля или феодала, а дети их лишались нрава наследовать духовные должности своих родителей, как это принято было делать раньше.

Вот откуда появилось безбрачие священников и епископов. Мера эта была направлена к тому, чтобы освободить католическую церковь из-под опеки светской власти, устранить материальную зависимость священников и феодалов, конфисковать и сгруппировать под власть церкви все принадлежавшие священникам угодья и имущество, и, таким образом, превратить епископов и аббатов в послушных рабов папы.

Приведенная выше историческая справка показывает, что, устанавливая и узаконяя безбрачие священников, церковь, как послушное орудие в руках папы, руководилась чисто материальной стороной дела, а отнюдь не какими-то духовными соображениями и желаниями, продиктованными Священным Писанием.

Само духовенство весьма неохотно подчинилось этой смелой и строгой папской реформе. В некоторых епархиях клирики восстали против папских легатов, выгоняли их, избивали, отказывались расстаться с женами и семьями.

Особенно недружелюбно было принято нововведение папы в тогдашней Германии. Генрих IV не мог безропотно отказаться от инвеституры, и высшее немецкое духовенство поддержало его. На соборе в Вормсе духовенство постановило, что так как папа отнимает власть у епископов и стремится поработить церковь, то ему не следует повиноваться. Сам Генрих IV объявил, что папа ниспровергает общественный порядок, основанный на двух началах: на царской власти и священстве. Пусть тогда папа, который смешивает эти два начала, сойдет с своего престола и уступит место более достойному, — требовал Генрих.

Но Григория нельзя было ни запугать, ни сбить с намеченного пути. В ответ на угрозы, он отлучил от церкви непокорных духовных лиц и даже самого короля. Отлученные не смели принимать участия в богослужении, церковные таинства теряли для них свою силу, умершие в состоянии отлучения “лишались” Царства Божия. Что же касается лично короля Генриха, то папа, вслед за отлучением, освободил подданных его от присяги и лишил Генриха королевского достоинства.

Все, кто был в Германии недоволен Генрихом IV, откликнулись на призыв папы. Южнонемецкие герцоги повели против короля открытую войну, беспокойные саксы вновь возмутились, высшее духовенство, только что высказавшееся против Григория, было смущено решительностью папы и не замедлило отмежеваться от Генриха. Сам Генрих потерял голову.

Зимою 1077 года он вдруг отправился с небольшой свитой в Италию. Папа находился в то время в Каноссе, замке его верной сторонницы, маркграфини тосканской Матильды. Генрих направился в Каноссе, но его в замок не пустили. Генрих отправил тогда к Григорию послов выразить согласие на требование папы и выхлопотать снятия папского отлучения. Три дня папа заставил короля ждать решения перед стенами замка на холоде, в одежде кающегося и с непокрытой толовой. Григорий снял с Генриха отлучение. Но унижение, которому подверг себя Генрих, не принесло ожидаемых плодов. Немецкие князья не только не сложили оружия, но, низложив Генриха, избрали королем герцога швабского. Тогда Генрих IV, собравшись с силами, решил вести борьбу во что бы то ни стало. Ему удалось привлечь многочисленных сторонников среди женатого духовенства, мелкого рыцарства и населения больших городов. Но папа опять стал на сторону врагов Генриха, вновь отлучил от церкви и лишил его престола.

Проявив над Генрихом такую власть, Григорий обнародовал, что апостолы, получившие от Христа право вязать и разрешать совесть людей, были поставлены Богом как над церковью, так и над миром, и, если преемник апостолов и “наместник Христа” может распоряжаться духовными должностями, то тем более он властен над должностями королевскими и княжескими. Но и это не уладило конфликта.

Генрих, не считаясь с принятыми против него мерами, решил наказать злейшего врага — папу, и двинул свою армию в Италию. Он добился того, что часть немецкого и итальянского духовенства избрала на папский престол вместо Григория архиепископа Равенского, приверженца короля Генриха IV. И хотя в Риме Генрих встретил со стороны папских приверженцев упорное сопротивление, овладел городом и торжественно короновался императором. Григорий умер, не пережив такого унижения.

Однако, после смерти Григория VII нашелся продолжатель его прерванного дела — папа Урбан II. Генрих IV немедленно двинулся походом для сокрушения новых папских козней, но старый усталый боец, дойдя до Рейна, внезапно скончался. Новый король Генрих V, вступив на престол в 1106 году, пошел по стопам отца. Борьба между королем и папой продолжалась еще 15 лет. Обе стороны изнемогли в борьбе. В 1112 году между Генрихом V и папой Калликстом II был заключен так называемый “Вормский конкордат”, в силу которого церковные должности должны были замещаться по каноническому избиранию и утверждению папы, а затем император, как светский государь, давал посвященному инвеституру на княжеские права, владения и доходы, связанные с духовной должностью. Безбрачие посвящаемых было душою этого конкордата.

Так закончилась пятидесятилетняя борьба за “догмат безбрачия”.

В настоящее время папы все еще продолжают заключать подобные конкордаты с разными государствами. Причем, современное католическое богословие даже и не пытается обосновать этот догмат текстами Св. Писания, зная хорошо, что такая попытка бесполезна.

Это заблуждение частично захватило православную церковь, где безбрачие священнослужителей обязательно для лиц с саном выше иерейского. Ересь безбрачия настолько укоренилась в обоих церквах, что для человека, впервые читающего Св. Писание и узнающего о том, что почти все апостолы были женаты, факт этот представляется невероятным. “Может ли это быть?” — задают люди вопрос. “Неужели и в самом деле апостолы имели семьи? Правда ли, что, проповедуя Слово Божие, некоторые из них переходили с места на место, в сопровождении своих жен?” Эти факты не подлежат никакому сомнению.

Христос никогда не проповедовал безбрачия. Сам ап. Петр оставался женатым, будучи верным учеником Христа. Его Учитель неоднократно и запросто бывал у него в доме. Случай, когда теща Петра была исцелена от горячки Иисусом Христом описан в Евангелии от Матфея (Мтф. 8, 14—15) и у других евангелистов. Ап. Павел упоминает о женах апостолов (1 Кор. 9, 5) говоря: “Или не имеем власти иметь спутницею сестру, жену, как и прочие Апостолы и братья Господни, и Кифа (Петр)”?

Напротив, по Св. Писанию, брак являлся одним из условий священства или епископства. “Если кто епископства желает, доброго дела желает. Но епископ должен быть непорочен, одной жены муж, трезв” (1 Тим. 3, 1—5). Прочтите о женатых духовных работниках: 1 Тим. 3, 12; Деян. 18, 2, 26; Деян. 21, 5; 1 Кор. 7, 2.

Поразительно, что Священное Писание содержит в себе ясное пророчество о ереси безбрачия. Пророчество предупреждает, что безбрачие будет иметь место в истории церкви. Безбрачие рассматривается Св. Писанием как один из ярких признаков отступничества от веры: “Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским, чрез лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак и употреблять в пищу то, что Бог сотворил, дабы верные и познавшие истину вкушали с благодарением (1 Тим. 4, 1—3).

Ни одно заблуждение не ходит в одиночку, — говорит народная мудрость. Вопрос безбрачия коснулся не только служителей церкви. Он захватил и, так называемых, “мирян”. Церковь начала призывать к безбрачию, как к особому подвигу, убеждая мужчин и женщин принять на себя официальный обет никогда не выходить замуж (как языческие “весталки”), никогда не жениться. Безбрачие рассматривалось и рассматривается как знак особой святости и чистоты пред Богом. Безбрачие некоторых мирян повлекло за собою массовое подражание, которое нашло выход в существующем ныне монашестве.

20

МОНАШЕСТВО


“И не будут надевать на себя власяницы, чтоб обманывать” (Зах. 13, 4)

Во времена жестоких гонений Нерона и Деция многие христиане добровольно уходили в те глухие области, которые служили местом ссылки исповедников Христа. Такими областями стали страшная пустыня Финаиды и другие дикие места северной Африки. Они-то и стали как бы колыбелью первого монашества. Жизнь язычества была полна зол и бесправья; жизнь была связана с опасностями и соблазнами; мирская власть — зверски жестокая, общество — крайне испорчено, природа человека — безнадежно порочная, слабая. Поэтому христиане, не обретшие еще внутренней духовной победы, искали внешнего выхода от опасности, греха и суеты мирской... Они отрекались от земных благ, избегали людей, уходили от реальной жизни.

В эти тяжелые времена жил один александрийский юноша но имени Павел, который в поисках внешней свободы и независимости решил поселился в пустыне Фиваидской. Прожив там многие годы, Павел сделался первым христианским аскетом-пустынником. Смелый поступок юноши не замедлил вызвать массовое подражание. Уставшие от жизни люди, пытались обрести душевный мир на лоне природы, в глухих и жутких лесных дебрях, в таинственном безмолвии пустыни, в отшельничестве, в аскетизме.

Другой аскет — Антоний родился в Верхнем Египте в 251 году. Потеряв своих родителей на девятнадцатом году жизни, Антоний раздал оставленное отцом имущество нищим и удалился в пустыню. Антоний посетил пустынника Павла и других тогдашних аскетов и отшельников, о которых он слыхал.

Ознакомившись с особенными добродетелями каждого из них, он стал подражать всем этим добродетелям в своей собственной жизни. Подыскав для себя пещеру, Антоний уединился и прожил в ней десять лет. После, когда место его уединения было обнаружено, Антоний оставил пещеру и поселился в развалинах старого жилья у Красного моря. Так он провел еще двадцать лет. Изнуренное тело Антония и весь его необычайный вид привлекли к себе любопытных. Люди шли к Антонию, если не увидеть его, то по крайней мере, услыхать отдаленные звуки молитвенных воплей Антония, свидетельствовавших о героической борьбе Антония с силами тьмы.

Слава Антония достигла своего апогея, когда во время гонения, при Максиме, в 311 году, Антоний, оставив пустыню и явившись в Александрию, стал открыто посещать страдающих за веру, находившихся в тюрьмах, на галерах и рудниках. Антоний увещевал страдальцев-христиан твердо хранить свое исповедание до конца. Появление Антония произвело в Александрии необычайное впечатление. Но не прошло много времени, ярость гонения утихла, и Антоний снова уединился, найдя жалкое убежище на склоне одной высокой горы. Там он начал возделывать небольшой участок земли. Однако, местопребывание Антония вскоре было открыто. К нему потекли бесчисленные толпы людей скорбящих, отчаявшихся, искавших утешения в помощи. Влияние Антония стало огромным. В 351 году, будучи уже столетним старцем, Антоний во второй раз отправился в Александрию и там выступил против арианства, защищая Никейское исповедание веры. Пять лет спустя (в 356 году) Антоний умер.

Спустя немного времени, вслед за отшельниками, одиночками-“эрмитами” появились, так называемые, пустынники-“кеновиты” (греческое слово, означающее — общая жизнь). В отличие от “эрмитов” — одиночек, “кеновиты” группировались вокруг какого-нибудь старца-игумена, жили вместе, подчинялись известным монастырским правилам — уставу общежития.

Основоположником общинной “монашеской” жизни считают известного пустынника Пахомия. Он открыто заявлял и уверял людей в том, что успел достичь таких успехов в монашеской жизни, что не только может, но и должен стать наставником других. Вскоре Пахомий основал монашеское общежитие, которое устроилось на одном из пустынных островов Нила. Подражание Пахомию было настолько велико, что незадолго до его смерти насчитывалось уже восемь монастырей с тремя тысячами монахов. Так велика и так притягательна сила подражания! Ученики Пахомия носили одежду из козлиной кожи. Этим они хотели подражать пророку Илии и Иоанну Крестителю, ставших идеалом аскетизма. Монахи никогда не должны были сбрасывать одежды, даже ночью. Они спали сидя, на стульях, иногда в полустоячем положении. Пищу монахи принимали среди абсолютного безмолвия и, когда ели, закрывали лица свои капюшонами, чтобы не видеть даже своего соседа.

Подобные монашеские общества Пахомий основал также и для женщин.

До конца пятого столетия, пока число монастырей было невелико, они находились под церковным надзором местных епископов. Но вследствие чувства зависти и ревности между епископами и игуменами возник раскол. Игумены, пытаясь стать независимыми от епископов, обратились под защиту тогдашнего римского епископата. Они были приняты римским епископом с радостью. Как только монастыри подчинились авторитету римской кафедры, власть римского епископа стремительно возросла.

Монашеская система была официально признана вождями церкви и быстро распространялась далеко за пределы Египта. К тому времени все учителя церкви с одинаковой ревностью проповедовали безбрачие и защищали монашество. Иероним особенно способствовал развитию монашества среди женщин.

Его влияние побудило многих высокопоставленных римских дам постричься в монахини. Амвросий так высоко ставил “сохранение девства”, что матери в Милане запрещали своим дочерям посещать церкви и слушать его проповеди. Василий насадил монашество в Понте и Каппадокии, Мартын — в Галлии, Августин — в Африке... Иоанн Златоуст, будучи еще юношей, хотел уединиться в пустыне Сирия и только благодаря мудрости своей матери отказался от этой мысли.

История монашества в России ведет свое начало от киевского “Крещения Руси”. Возникновению монашества на Руси способствовали не гонения и жажда уйти от людей, а сознание своей виновности перед Богом и желания любой ценой самоистязания застраховать себя от “адских мучений”. В большинстве случаев, это князья, вельможи и другие богатые люди воздвигали монастыри. Они отыскивали монахов, живших в своих примитивных шалашах, строили им монастырские здания, снабжали съестными припасами, делали большие вклады деньгами, землями и драгоценностями. Взамен этих даров монахи должны были творить молитвы “за упокой души” жертвователя. Таким образом монахи как бы спасались сами и своими молитвами спасали души других. Многие монастыри были основаны отшельниками-монахами, но позже получили лично или по завещанию большие вклады и разбогатели. Во многих случаях монастыри строились в городах и селениях. Далеко в лес монахи не уходили. Так возникли монастырские обители вблизи Киева и Новгорода. Случалось отшельнику забрести в глубокую чашу леса, но его одиночество не оказывалось продолжительным. Проведают про это другие люди и селятся подле “подвижника”. Таким путем монахи способствовали заселению многих глухих мест северного края. Жить на монастырской земле во многих отношениях было выгодно.

Монахи не только не притесняли, а всячески способствовали трудящимся. В результате возникали целые города и людные села, о которых предание гласило, что некогда на месте сем был темный, непроходимый лес, и спасался одинокий инок, отшельник!

Так проникло в церковь отшельничество. Так возникали, развивались, множились монастыри. Так менялись духовные мотивы и внешние условия жизни монашества. Вскоре монастыри и их духовенство были богаты и всесторонне обеспечены. Архипастыри владели большими поместьями со всякими угодьями, озерами, рыбными ловлями, табунами коней, стадами овец. Жили они в богатых хоромах, окруженные многочисленной дворней и т. д. Доходы Троице-Сергиевой лавры в XVII столетии составляли третью часть всей царской казны. Жизнь в таком монастыре, конечно, протекала в совершенно иных условиях, чем уединенная жизнь отшельника.

Киево-Печерский монастырь, возникший в XI веке, получал со стороны большие вклады, и без вкладов монастырь никого в монахи не принимал. Особенно много получил он земель. Ему жертвовали щедро и охотно, ибо монастырь этот славился подвигами своих иноков. Одни из них были крепкие “постники”, другие иноки поражали всех рекордным количеством совершаемых ими ежедневно земных поклонов и т. п.

Феодосий — первый игумен монастыря, ел сухой хлеб и щи без масла. Он никогда не мыл тела, и только в редких случаях мыл лицо и руки. Одежду носил ветхую, всю в заплатках. В знойные ночи Феодосии выходил обнаженный на болото, комары тучами впивались в его тело, а он “спокойно прял волну и целую ночь пел псалтирь”.

Некоторым инокам Печерской Лавры показалось недостаточным исполнение обычных монашеских подвигов, — они изобретали подвиги “чрезвычайные”. Один из них затворился в пещере и, прожив в ней никуда не выходя, семь лет, прослыл “затворником”.

Этот подвиг вызвал массовое подражание. Другой провел “в завторе” двенадцать лет и, рыдая день и ночь, накопил целый сосуд слез.

Был подвижник, который на время великого поста закапывал себя по грудь в землю.

Еще один ходил зимой в протоптанных сапогах. Он стоял в протоптанных сапогах всю службу. Ноги его примерзали к каменному полу церкви, а он не шевелил ими, пока не отпоют заутреню.

Все эти необычайные люди с их бесподобными “подвигами” влекли в монастырь толпы любопытных. Каждое такое самоистязание, каждая извращенность немедленно окружались ореолом “святости” и “угодничества”, истолковывались особой близостью к небу и давали подвижнику право на ходатайство пред Богом за других.

Существуют целые тома, посвященные описанию множества видов извращенности, имевших место в разных монастырях: случаи проведенной жизни в норе, в воде, на высоком столбе или дереве, с обетом “всегда молчать” или “никогда не стричься”, “никогда не мыться”. Нечистота и звероподобие, самоистязание и самобичевание, изнурение себя постом и веригами, власяницами и поклонами превратились в культ, ничего общего не имеющий с христианством, культ, не всякому доступный. Конечно, не все монахи были аскетами и подвижниками. Случаи самоистязания были довольно редки. Однако, благодаря таким редким безумцам обильно обогащалась монастырская казна, привлекались богомольцы, рекламировалась “обитель”, и умножалось число послушников, которым под видом “подвига” предлагалось безропотно выполнять самую грязную и тяжелую монастырскую работу.

Следует заметить, что в среде монашества встречались люди искренние и идейные, как, например, Серафим Саровский, Сергий Радонежский и др., но в общей массе монашество представляло собой в последнее время рассадник различных пороков, извращенности и обмана.

В чем заключалось заблуждение монашества?

На этот вопрос можно ответить следующее. Монашество не только не имеет для себя никакого основания в Св. Писании, но и противоречит основным принципам подлинного христианства.

Монашество, прежде всего, искажает Божий путь спасения. Доктрина монашества с его аскетическим подходом к вопросу спасения души никогда не была доктриной христианства. Возникновение идей монашества связано с языческой философией, применение которой можно еще и сейчас наблюдать среди многочисленных религиозно-языческих сект буддизма и мусульманства. Отсюда такое непримиримое противоречие взглядов христианства и монашества.

Христос говорит: “Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется”. “Научитесь, что значит: “милости хочу, а не жертвы”? “Ибо я пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию”, “Приходящего ко Мне не изгоню вон” (Иоан. 10, 9; Мтф. 9, 13; Иоан. 6, 37).

Монашество утверждает, что путь в Царствие Божие не только чрез веру во Христа, но и чрез медленное самоуничтожение, чрез смерть от истощения, от изнурения, от самоистязания. Из того, что делают затворники и аскеты, можно заключить, что Бог — самое бессердечное, неумолимое Существо, единственный путь умилостивить Его — это подвергнуть себя бесконечным и бесчеловечным пыткам. Своими действиями аскеты как бы говорят: “Если ты хочешь попасть в рай, то должен пройти через адские муки уже здесь, на земле...”

Монашество умаляет искупительную жертву Христа. Вместе с православным вероучением оно утверждает, что Христос умер только за первородный грех, за свои же грехи мы ответим сами.

Св. Писание говорит: “Ибо нет другого имени под небом, данного человекам, которым надлежало бы спастись” (Деян. 4, 12).

Монашество указывает на Антония Великого, Серафима Саровского и других, которые спасались подвигами самоотречения. Получается, что жертва Христа на Голгофе была принесена напрасно. Если спасение — чрез подвижничество, то можно обойтись и без Голгофы.

Св. Писание учит: “Веруй в Господа Иисуса Христа и спасешься” (Деян. 16, 31). “Ибо... человек оправдывается верою, независимо от дел закона, ...получая оправдание даром по благодати Его, искуплением во Христе Иисусе, Которого Бог предложил в жертву умилостивления в крови Его чрез веру, для показания правды Его в прощении грехов, соделанных прежде” (Рим. 3, 24-25, 28).

Монашество основывается на исполнении монастырского устава, на подвигах точно и в самом деле человек оправдывается подвигами, получая оправдание ужасною ценою многочисленных пыток, точно Бог находит в этом наслаждение и без этого не может простить грехов, содеянных прежде.

Возьмите любой текст Св. Писания, относящийся к вопросу спасения, сравните его с учением и практикой монашества, и вы придете к заключению, что Божий путь спасения и путь спасения, предлагаемый монашеством — разные пути.

“Мои мысли — не ваши мысли, ни ваши пути — пути Мои, говорит Господь!” (Ис. 55, 8).

Монашество создает неправильное представление о христианской Жизни.

“Я пришел... чтоб имели жизнь и имели с избытком” (Иоан. 10, 10), — сказал Господь. Он желал, чтобы каждый Его ученик имел избыток духовный, умственный, физический, материальный. К этому избытку Христос указал нам только один путь — чрез возрождение свыше — (Иоан. 3). С момента грехопадения человек — мертв духовно. Он получает силу Духа “животворящего” (творящего жизнь и способствующего ее развитию) — чрез возрождение. Без возрождения “плоть не пользует ни мало” (Иоан. 6, 63). Плоть не меняет своей натуры.

Она крайне порочна, подчинена закону греха и смерти. Проявления плоти известны, они суть: “прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, соблазны, ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное” (Гал. 5, 19—21). По учению Св. Писания плоть нельзя исправить, улучшить, реформировать. Плоть настолько испорчена, что Бог ничего иного не усмотрел для нас, как обречь на смерть. Поэтому мы, уверовавшие, должны почитать себя мертвыми для греха... “представить себя Богу, как оживших из мертвых”. “Ибо мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни... Зная то, что ветхий наш человек распят с Ним, чтобы упразднено было тело греховное, дабы нам не быть рабами уже греху, ибо умерший освободился от греха” (Рим. 6, 4, 6—7). Силою и властью Голгофского Креста плоть уничтожена. В очах Божиих плоти как бы не существует. “Я сораспялся Христу. И уже не я живу, но живет во мне Христос” (Гал. 2, 19—20).

Таков взгляд Божий и отношение Его к нашей “ветхой природе”. Мы, верующие, должны усвоить взгляд Божий, и сообразно с этим действовать и жить. Несомненно, плоть предъявит нам свои требования и будет всегда искать случая проявиться в нашей жизни, но мы должны твердо помнить, что плоть во всех ее видах и проявлениях навеки осуждена, что только Дух Божий должен быть господином верующего человека. “Плоть желает противного духу, а дух—противного плоти” (Гал. 5, 17). “Потому что плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут. Посему живущие по плоти Богу угодить не могут. Но вы не по плоти живете, а по духу, если только Дух Божий живет в вас. Если же кто Духа Христова не имеет, тот и не Его. А если Христос в вас, то тело мертво для греха, но дух жив для праведности... Итак, братия, мы не должники плоти, чтобы жить по плоти; ибо если живете по плоти, то умрете, а если духом умерщвляете дела плотские, то живы будете” (Рим. 8, 7—10 и 12—13). Для победы над плотью есть только один путь — путь духа, как написано: “Духом умертвляйте дела плотские”... Без Святого Духа можно умертвить самую плоть, физически убить и уничтожить ее, но нельзя убить “дела плотские”, нельзя победить проявлений плоти. “Рожденное от плоти есть плоть; а рожденное от Духа — есть дух” (Иоан. 3, 6). Для того, чтобы стать способным побеждать плоть, необходимо родиться свыше.

Монашество убеждалось в этой истине на протяжении многих веков. Аскеты и отшельники уходили от людей, но бессильны были уйти от собственной греховной природы, уйти от самих себя. В этом заблуждение и трагедия монашества.

Победа над плотью, которую предлагает нам Христос — победа веры: “-Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями” (Гал. 5, 24). Не “распинают”, а “распяли”... Раз и навсегда, они приняли и подчинились Божьему взгляду на плоть, и сообразно с ним к своей плоти относятся. Победа веры доступна каждому “возрожденному свыше”. Победа веры доступна верующему в той именно обстановке, в которой он находится, среди тех зол, соблазнов и страданий, в которых он живет, так что исключается всякая надобность в “бегстве от мира”. В первосвященнической молитве Христос молится: “Отче Святый!... не молю, чтобы Ты взял их из мира, но чтобы сохранил их от зла” (Иоан. 17, 11—15). “Уход от мира” не гарантирует человеку избавления от зла, ибо зло повсюду, на каждом шагу, и, прежде всего, зло в самом человеке. По учению Христа человек может и должен одержать победу над злом, живя в мире. “Уходящие от мира” аскеты уходят от воли Христа. Посылая учеников “в мир”, Христос не сказал: “спасайтесь в дебрях лесных, в местах пустынных, общайтесь с тиграми, львами, бурыми медведями, но во что бы то ни стало — избегайте людей...” Напротив, Иисус Христос повелел ученикам идти по всему миру и проповедовать Евангелие всей твари”.

Монашество искажает правильное представление о христианском подвиге и служении.

Уходя в глухие места и избегая всякого общения с людьми, отшельник лишал себя возможности разумного служения ближнему. Отшельники забывали о нуждах ближнего. Обуздание собственной плоти было их единственной целью, но в достижении и этой цели они шли заведомо ложным путем.

“Не вы Меня избрали, а Я вас избрал, и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод” (Иоан. 15, 16), — сказал Господь. Христианин принадлежит не себе, а Христу. Христианин — только раб, исполняющий волю не свою, но волю Господина своего. Христианская жизнь — жизнь, посвященная не только Богу, но и ближнему. Иначе, как понимать главную заповедь: “Возлюби Господа Бога твоего... и ближнего твоего, как самого себя” (Лук. 10, 27). Как понимать призыв ап. Павла “Умоляю вас, братия, милосердием Божиим, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего” (Рим. 12, 1).

Без служения ближнему не может быть истинного служения Богу. Ни один христианин не может стать счастливым и вполне удовлетворенным, если не станет он сосудом, находящимся в постоянном распоряжении Домовладыки (2 Тим. 2, 21). В лице Адама человек потерял право сотрудничать с Богом, утратил цель жизни и свое назначение. Во Христе примирившись, человек снова становится “соработником у Бога” (1 Кор. 3, 9). Бог, призвавший нас из тьмы в чудный Свой Свет (1 Петра 2, 9), поставляет нас “на дело служения, для созидания тела Христова” (Еф. 4, 12), поручает нам дивное “служение примирения” (2 Кор. 5, 18).

В этом смысле монахи, аскеты и отшельники — ленивые рабы, бегущие с нивы Христовой, воины, ушедшие с поля брани. Могут ли они сказать вместе с апостолом Павлом: “Имея по милости Божией такое служение, мы не унываем... но действуем с великим дерзновением... и я ни на что не взираю и не дорожу своею жизнью, только бы с радостью совершить поприще и мое служение, которое я принял от Господа Иисуса, проповедовать Евангелие благодати Божией” (2 Кор. 4, 1, 3, 12; Деян. 20, 24).

Бог открыл, что цель нашей земной жизни — в служении. Мы совершаем его, живя в теле. Тело, как орудие служения, должно пользоваться разумным уходом. Мы не должны превращать попечении о плоти в похоти. Мы должны помнить, что “мы куплены дорогою ценою” и что тело наше принадлежит Господу. “Разве вы не знаете, — говорит апостол, — что тела ваши суть члены Христовы?”, и еще: “Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, которого вы имеете от Бога, и вы не свои?” (1 Кор. 6,19—20). Тела даны нам для временного разумного управления, и горе “рабу неверному и ленивому”, рабу безрассудно расточающему силы, легкомысленно относящемуся к своему здоровью, к времени, имуществу и всей жизни (Лука 16, 10). Да удостоит нас Христос услышать от Него следующие слова: |“Знаю твои дела, и любовь, и то, что последние твои дела больше первых... Хорошо добрый и верный раб!.. войди в радость Господина твоего” (Откр. 2, 19; Мтф. 25, 21).

21

РУКОТВОРЕННЫЕ ХРАМЫ

“Всевышний не в рукотворенных храмах живет” (Деян. 7, 48)

Начало сооружения христианских храмов относится к царствованию миролюбивого римского императора Александра Севера. Будучи язычником, Александр обладал религиозным чувством и благоволил к христианам. Среди придворных и служащих императора было много уверовавших. Одно время Александр был близок к решению “принять Христа в число своих богов и соорудить Ему капище”, как сооружал он капища другим богам. Александр Север высоко ценил все религии.

Симпатии, которые император Александр питал к христианству, подтверждаются следующим весьма характерным случаем. В одном из кварталов Рима, где преобладало христианское население, возникла мысль постройки христианского молитвенного дома. Для этой цели христиане решили использовать площадь, считавшуюся общественной собственностью. Но на эту же площадь предъявили право и поставщики хлеба. Решение вопроса было передано на усмотрение императора. Александр Север разрешил спор в пользу христиан, сказав: “Лучше посвятить это место какому-нибудь божеству, чем употреблять его для целей нечестивых и бесполезных...”

Этот случай получил широкую огласку среди христиан и послужил как бы сигналом к сооружению церквей на главных площадях городов с христианским населением.

До того времени христиане, к удивлению язычников, не имели еще ни храмов, ни алтарей, ни жертвенников. У язычников были капища, у иудеев — синагоги, места же христианских собраний не имели в ту пору никакого отличительного признака. Собрания христиан устраивались или в частных домах, или в катакомбах.

Понятно, что эта “уединенность” была вызвана гонениями на христиан и нередко давала повод язычникам возводить на христиан самые жуткие обвинения. Христианским богослужениям приписывались самые скверные побуждения и цели. Обвинения прекратились и страсти улеглись, когда появились храмы и двери их широко открылись для всех. Храмы строились обычно на местах погребения “мучеников за веру” и посвящались именам этих мучеников. Вслед за мирными годами вновь наступали годы гонений, когда храмы сжигались и разрушались... Но достаточно было кратковременной передышки, как на месте сожженных деревянных храмов воздвигались храмы каменные. Иногда языческие капища превращались в христианские храмы, как случилось это с “Пантеоном” в Риме.

Вначале христиане смотрели на воздвигаемые храмы как на обыкновенные места собраний, но по мере того, как члены церкви омирщались, и духовные реальности христианской жизни заменялись реальностями материальными, на христианский храм стали смотреть, как на “новозаветную скинию”. В каждом храме было сделано соответствующее подразделение: притвор, являющийся как бы “ветхозаветным двором” при скинии, куда допускались язычники, самый храм, соответствовавший “святилищу” скинии, и, наконец, алтарь, представляющий собою “Святое Святых”. Став таким образом на путь ветхозаветного символизма и ритуала, трудно уже было остановиться в подражании. Вслед за подразделением храма введена была утварь ветхозаветного храма, ветхозаветные облачения для священнослужителей, возжение светильников и лампад, воскурение фимиама, употребление просфор, креста, крестного знамения и т. п. Создались формы тех или иных церковных служб и богослужебных обрядов: литургии, акафисты, молебны, панихиды и многое другое.

Так, незаметно, “отец лжи”, прельстив церковь полуистиной, постепенно уводил ее от “простоты во Христе” (2 Кор. 11, 3) и делал это до тех пор, пока в последующих поколениях не утвердилось понятие, что храм не просто здание для христианских собраний, а “новозаветный храм”, место пребывания Божия. В человеческом сознании была уничтожена самая главная новозаветная истина, без которой христианство перестает быть христианством, а именно, что Бог избрал Своим обиталищем не стены храма, а возрожденное сердце верующего, как написано:

“вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом, и они будут Моим народом. Ибо вы — храм Бога живого” (2 Кор. 6, 16).

До грехопадения Адам был таким “живым храмом” Всевышнего, но пал, уступив трон сердца собственному “я”. Чтобы падшему человеку вернуть возможность жизни в Боге и возможность жизни Бога в человеке, потребовалось много веков. Одно поколение за другим, Бог подготовлял к принятию воплощения Сына Божия Иисуса Христа и Голгофской жертвы искупления. И вот, когда план спасения был полностью осуществлен, а возможность спасения была проверена и засвидетельствована апостолами и христианами-мучениками первых веков, сатане удалось похитить у церкви сознание, что Бог вочеловечился для того, чтобы мы обожествились. Бог и доныне строит “дом духовный, священство святое” (1 Петр. 2, 5), но Он строит его не из бездушных кирпичей, а “из живых камней”, из людей, в сердцах которых живет Бог, как написано: “Христос в вас — упование славы” (Кол. 1, 27).

Почему это важно? Потому, что спасет нас от греха только Христос, и при этом обитающий в наших сердцах: “Если Христос в вас, то тело мертво для греха, но дух жив для праведности” (Рим. 8, 10) Св. Писание побуждает нас проверять себя и знать, где мы стоим в этом вопросе: “Испытывайте самих себя, в вере ли вы, самих себя исследывайте. Или вы не знаете самих себя, что Христос Иисус в Вас? Разве только вы не то, чем должны быть” (2 Кор. 13, 5) Ап. Павел, желая привести к познанию этой же истины верующих в Ефесе, писал им следующее: “Для сего преклоняю колена мои пред Отцем Господа нашего Иисуса Христа... да даст нам, по богатству славы Своей, крепко утвердиться Духом Его во внутреннем человеке, верою вселиться Христу в сердца ваши...” (Еф. 3, 14-17).

О себе самом апостол Павел писал: “и уже не я живу, но живет во мне Христос” (Гал. 2, 20).

Итак “мы — Его творение, созданы во Христе Иисусе на добрые дела, которые Бог предназначил нам исполнять. Бывши утверждены на основании Апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа краеугольным камнем, на котором все здание, слагаясь стройно, возрастает в святой храм в Господе, на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом” (Еф. 2, 10 и 20-22).

22

КАЖДЕНИЕ

“Ибо мы Христово благоухание Богу...” (2 Кор. 2, 15)

Каждение или воскурение фимиама и благовоний черпает свое начало в глубокой древности. Задолго еще до ветхозаветной эпохи каждение применялось у язычников. Один из историков говорит: “Идольские капища фимиамом непрестанно курились...”

Тертулиан, известный духовный писатель и отец церкви, живший в третьем столетии по Р. X., развивая мысль в защиту воскурения фимиама в жилищах верующих, в местах богослужебных говорит: “Самый проницательный истукан Аполлонов, по свидетельству Лукона, никаких не давал вопрошающих ответов, без благовонных пред ним курений...”

Воскурению фимиама отведено место и в ветхозаветном богослужении, но там курение фимиама символизировало новозаветные молитвы верующих и благоухание духовной жизни во Христе.

Применение же фимиама в христианской церкви решительно ничем не может быть оправдано. Соблюдение ветхозаветного ритуала, являющегося только образами и прообразами новозаветных истин, подтверждало бы тот факт, что нам, христианам, не знакомы еще ни молитвы в Святом Духе, ни возрожденная жизнь, прообразами которых может быть воскурение фимиама.

Некоторые деятели церкви желали предать ветхозаветным воскурениям “новозаветное” значение”. Вот что говорит один из них: “Особливо в дни великих праздников частое каждение бывает, чтобы мы, обоняя беспрестанно сие священное благовоние, живее ощущали в душах наших сладость и веселие, и, насыщаясь сих бессмертных воней, самих себя творили благоуханием Богу...”

Ап. Павел говорит, что Бог дает верующему всегда “торжествовать во Христе и благоухание познания о Себе распространяет нами на всяком месте. Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих. Для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь” (2 Кор. 2, 14—16). Но такую жизнь радости и веселия, благоухания и победы не могут создать прообразы Ветхого Завета. Духовные реальности, духовные переживания и опыт создаются Духом Святым, живущим в нас. Никакое каждение не может заменить собою Духа Святого.

Нашим каждением пред Богом является наше достойное хождение пред Ним. Апостол Павел говорит: “Итак подражайте Богу, как чада возлюбленные, и живите в любви, как и Христос возлюбил нас, и предал Себя за нас в приношение и жертву, в благоухание приятное” (Еф. 5, 1—2).

Нашим курением пред Богом является жертвенная способность и готовность проявлять любовь и всяческую заботливость к нуждающимся братьям. Ап. Павел, находясь в заточении и получив помощь от Филиппийской церкви, писал: “Я получил все и избыточествую; я доволен, получив от Епафродита посланное вами, как благовонное курение, жертву приятную, благоугодную Богу” (Филип. 4, 18).

Если мы живем и поступаем, как язычники, если Дух Святой не вселился в нас и не очистил нас от всякой скверны, если Он еще не привел нас к подражанию Христу, любви к Богу и любви к ближнему, то никакое каждение нас не спасет. Напротив, Бог не благоволит к нашим курениям: “Не носите больше даров тщетных; курение отвратительно для Меня; ...праздничных собраний не могу терпеть: беззаконие — и празднование!.. И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу... Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; перестаньте делать зло; научитесь делать добро; ищите правды; спасайте угнетенного; защищайте сироту; вступайтесь за вдову. Тогда придите, и рассудим, говорит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, — как снег убелю; если будут красны, как пурпур — как волну убелю. Если захотите и послушаетесь, то будете вкушать блага земли. Если же отречетесь и будете упорствовать, то меч пожрет вас: ибо уста Господни говорят” (Ис. 1, 13-20).

“Да направится молитва моя, как фимиам, пред лице Твое, воздеяние рук моих — как жертва вечерняя!” (Пс. 140, 2).

23

УПОТРЕБЛЕНИЕ ЧЕТОК

“Они думают, что в многословии своем будут услышаны” (Мтф. б, 7)

В тринадцатом столетии ангельское приветствие Деве Марии — “Аве Мария” составляло главнейшее содержание церковных служб, совершаемых в честь Девы Марии. Это приветствие должно было повторяться в ряде других молитв и притом так часто, что никто не мог запомнить числа повторений и порядка их. На помощь пришли “четки”, изобретенные монахом Домиником, введенные папой Львом XIII и распространенные догадливыми монахами. “Изобретение” быстро нашло свое применение как в западной церкви, так и в восточной. В восточной церкви также вошло в обычай пользоваться четками при повторении одних и тех же молитв и фраз, как “Святый Боже” — три раза, “Господи помилуй” — сорок раз и т. п. Конечно, никто не станет отрицать нужды и значение молитвы. Молитва необходима, это все знают, хотя миллионы людей все еще не молятся. Никто не удивляется, когда безбожник не молится. Как станет безбожник молиться, если у него нет в душе сознания своей греховности, нет жажды отдаться духовным потребностям, нет веры в невидимое, нет стремления к освящению и внутреннему преображению — нет тяги к небу. Приходится, однако, удивляться тому, как человек верующий, осознавший свои духовные нужды, не заботится о том, чтобы выразить их Богу в молитве, исходящей от сердца! Разумеется, что человека, не умеющего сознательно молиться Богу, нельзя назвать христианином. Слова молитвы, произносимые без участия сердца, столь же бесполезны, как и дикие выкрики язычников пред их кумирами. Можно ли сомневаться что Савл произносит длинные и многократно повторяемые молитвы задолго до встречи с Господом на пути в Дамаск, но нигде в Писании не упоминается об этом.

Когда же в сердце его была сокрушена гордыня и он покаялся, Господь сказал о нем: “Он теперь молится” (Деян. 9, 11).

Истинная молитва начинается с момента возрождения человека от Духа Святого: “Которым взываем: “Авва, Отче!” (Рим. 8, 15). Истинная молитва есть ничто иное, как беседа с Богом. Примеры таких бесед с Богом встречаются в Св. Писании в великом множестве. Но там же мы находим молитвы и другого рода, молитвы заученные, механически многократно и во всеуслышание повторяемые. Подобного рода молитвы обычно произносились язычниками, людьми, не имевшими правильного понятия ни о Боге, ни о беседе с Ним. Вот один из подобных случаев: “И призывали жрецы имя Ваала от утра до полудня, говоря: “Ваале, услышь нас! Но не было ни голоса, ни ответа... В полдень Илия стал смеяться над ними, и говорил: кричите громким голосом, ибо он бог, может быть он задумался, или занят чем-либо, или в дороге, а, может быть, и спит, так он проснется”! (3 Цар. 18, 26—27). Не такое ли должно создаться представление и о нашем Боге, когда мы сорок раз механически повторяем слова: “Господи помилуй”?

Разве не уподобляемся мы ребенку, который желает разбудить отца, отвлечь его от задумчивости или серьезной работы? Слово Божие говорит нам, что для подобных повторений одних и тех же фраз нет никакой надобности. Бог наш — живый, “Он не дремлет и не спит” (Пс. 120), а посему “в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом” (Филип. 4, 6) и “все, чего ни будете просить в молитве, верьте, что получите, и будет вам” (Мтф. 21, 22; Мк. 11, 24). Только “не торопись языком твоим, и сердце твое да не спешит произнести слово пред Богом, потому что Бог на небе, а ты на земле” (Екл. 5, 1). “А молясь, не говорите липшего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны, не уподобляйтесь им” (Мтф. 6, 7—8).

Итак, четки — не Божье установление. Четки — наследие темного средневековья. Четки — плод крайнего духовного невежества.

24

ЦЕРКОВНЫЕ БОГОСЛУЖЕНИЯ


“Никто да не обольщает вас служением ангелов” (Кол. 2, 18)

“Он не требует служения рук человеческих” (Деян. 17, 25)

Широкое распространение христианства способствовало увеличению внешнего и внутреннего великолепия христианских храмов и пышности богослужений. Церкви начали устраиваться и украшаться с необычайной роскошью, священники блистали в богатых облачениях, подаренных церкви богатыми прихожанами. Скромные евангельские собрания верующих, имевших главной своей целью чтение Слова Божия с пением псалмов Давида и общую молитву, мало-помалу были вытеснены пышностью установленных церковью обрядов и церемоний.

Две причины легли в основу отступления церкви от простоты Евангельской и замены проповеди театральностью богослужения.

Первой причиной было желание привлечь к себе внимание язычников.

Простота Евангелия и жизни во Христе не производила среди широких языческих масс должного впечатления. Привыкшие к торжественности жертвоприношений, авторитету жрецов, устройству праздничных зрелищ, язычники, попав на христианское собрание, больше недоумевали, чем увлекались и преклонялись пред новой религией. Вождям тогдашнего христианства, облеченным в “духовный сан” и уже имевшим поддержку языческой власти, трудно было примириться с фактом, что церковь Христова только “малое стадо”. Вместо того, чтобы нести свет Евангелия, призывать души к покаянию и необходимости возрождения от Духа Святого, охладевшая духовно церковь пыталась привлечь к себе язычников внешними религиозными манифестациями, затмив празднества языческого культа своим богатством, блеском и роскошью. Исследуя историю церкви четвертого и пятого столетий, Мостейм замечает: “Когда добрая воля императора стремилась содействовать распространению христианской религии, епископы затемняли сущность христианства своим неразумным благочинением, а силу христианства подавляли умножением обрядов и торжественных церемоний”.

Второй причиной отступления церкви от “простоты во Христе” было невежество так называемого “духовенства”. Из-за невежества многих священников проповедь Евангелия весьма часто оказывалась недостаточно глубокой, маловразумительной, неинтересной и как бы не главной частью христианского собрания. Тогда как наклонность “необращенных народных масс” недвусмысленно определяют любопытством ко всему декоративному, на их чувства. Бездушная проповедь церковных пастырей оказалась бессильной пробуждать души, оставляя массы совершенно равнодушными. Создавалась благоприятная обстановка для духовно не возрожденных, а порой и умственно отсталых священников довольствоваться трафаретами — чтением Евангелия и произношением чужих, кем-то написанных молитв.

Для освежения такого рода собраний потребовались церемонии, смысл которых, хотя и не был толпе понятен, но толпу привлекала и восхищала торжественность и пышность самого зрелища.

Постепенно нужда в живой Евангельской проповеди была совершенно потеряна из виду. Она была вытеснена особо выработавшимся церковным ритуалом, и рассматривалась терпимой, но несущественной. Так все шло до наших дней. В России церковные консистории или епархиальные управления, зная культурный уровень многих священников, высылали им отпечатанные готовые проповеди. Но и эти проповеди, составленные, главным образом, на тему двунадесятых праздников и других важных случаев, не всегда и не всеми священниками произносились.

Современные церковные богослужения с “проскомидиями”, “литургиями”, “требниками”, “четьи-минеями” и прочее не имеют никакого решительно основания ни в Ветхом, ни в Новом Завете.

25

ЦЕРКОВНОЕ ПЕНИЕ


“Он вложил в уста мои новую песнь...” (Пс. 39, 4)

Откуда появились церковные песнопения?

Известно, что псалмы Давида издревле употреблялись при ветхозаветных богослужениях. Обычай этот перешел и в христианскую церковь.

Зародившись еще в первых веках христианства, церковное песнопение постепенно умножалось и, обогащаемое новыми песнопениями, сохранялось и передавалось из рода в род, из века в век.

Церковь присовокупила к песням ветхозаветным (песнь Мариамы, Моисея, Деворы и др.) новозаветные песни: священника Захарии, Павла и Силы и др.

Начиная с IV века песнотворцы христианские стали предпочитать песни, изложенные в стихах, в стиле и характере псалмов Давида.

Когда на престол вступил император Константин, освобожденные исповедники последнего гонения (пишет историк Евсений), возвращались из мест изгнания и заточения на места прежнего своего жительства, торжественно проходя городами и селениями с пением священных псалмов и песен.

В VI веке (518—527) к псалмам и песнопениям были присоединены “Символ веры” и “Иже херувимы”.

Первый акафист (хвалебное песнопение — во время исполнения которого молящиеся должны стоять) был составлен в 626 году Георгием Писидийским, диаконом Константинопольским. У Георгия нашлось множество подражателей. Свои произведения они посвящали Спасителю, Деве Марии, Угодникам, Святым, Мученикам и др.

Первая литургия, ставшая основным богослужением церкви, впервые была изложена письменно только в V веке. В настоящее время существует целая отрасль богословия — “Литургика”. Эта церковная наука излагает порядок христианского богослужения, главным образом — литургии, в ее историческом, догматическом, символическом смысле.

Существует несколько видов литургии: православная (во многих вариантах), католическая, армянская, коптская, сирийская и др.

Слово “литургия” — греческое, означает всякое служение, исполнение возложенных обязанностей, службу или делание полезных, добрых дел. Так, например, ап. Павел услугу своего сподвижника Епафродита называет “литургией” (Фил. 2, 25, 4, 18). Словом “литургия” ап. Павел пользуется также в послании к Римлянам в 12 главе, говоря: “Представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения (литургии) вашего”. Во всех случаях, где встречается слово “литургия”, оно всегда означает служение не на словах, “устами”, а “на деле”. Более глубокое значение слова “литургия”, это даже не делание отдельных добрых дел, а служение всей жизни. Мы совершаем литургию, когда посвящаем себя всецело Богу, повинуемся и покоряемся Его воле в нашей обыденной жизни.

Успех церковного пения становится особенно заметным, когда монах Губальд (около 900 года) создал учение о гармонии, излагающее построение, классификацию аккордов и правила сочетания их между собою.

Сто лет спустя (около 1000 года), Гвидо д'Ареццо изобрел ноты, а еще двести лет позже (1200 г.), Франко из Кельна — меру тропов.

С этого времени разнообразие слагаемых песен и мелодий стало увеличиваться до неимоверных размеров. Для того, чтобы избежать “еретических” песнопений, а также нескромных мелодий, решено было ограничить круг церковных песнопений особым уставом, которого и придерживается церковь по настоящее время. Это строгое ограничение и способствовало наблюдаемому ныне мертвому, бездушному формализму как в богослужениях, так и в церковном пении. Современное однообразие церковных богослужений можно сравнить с ветхозаветными, где всякий “священник ежедневно стоит в служении и многократно приносит одни и те же жертвы, которые никогда не могут истребить грехов” (Евр. 10, 11).

Разница между ветхозаветным служением Богу и служением христианским заключается в том, что тогда совершали жертвы, молитвы и песнопения для того, чтобы спастись, теперь же, в Новом Завете, христианин как искупленное, прощенное, усыновленное чадо Божие служит, молится, поет и ликует, потому что он уже спасен, навеки спасен Христом.

Подлинный христианин может сказать: “Твердо уповал я на Господа, и Он приклонился ко мне и услышал вопль мой. Извлек меня из страшного рва, из тинистого болота, и поставил на камне ноги мои, и утвердил стопы мои, и вложил в уста мои новую песню — хвалу Богу нашему...” (Пс. 39, 2-4).

“Новая песнь” — вот то, чего Бог ожидает от истинного христианина. К этой песне прислушиваются Силы Небесные. Для исполнения ее не требуется ни слов, ни голоса, ни специального напева. Как “от избытка сердца говорят уста”, так от избытка любви льется “хвала Богу” нашему.

Три мысли необходимо подчеркнуть в связи с этой новой песнью:

Новая песнь — песнь нового возрожденного сердца!

Все ценное в песне — исходит от сердца.

В поднебесной песне жаворонка мы ценим не столько искусное сочетание звуковых переливов, сколько чувствующуюся беззаветную сердечность. Новая песнь может исходить только из новой души. Только новое сердце можно назвать воистину “радостно поющим”. Наше старое греховное сердце замкнуто, оно прикрыто маской формальных песнопений, оно жестоко как камень и холодно как лед, оно нечисто, грубо, недоверчиво и порочно. Только новое сердце, сердце поющее, сердце открытое пред Богом и людьми, только оно — искренно, нежно, доброжелательно и любвеобильно.

Что же вдохновляет новое сердце человека к такой ликующей песне? — Любовь, чувство благодарности и сознание свободы. Новое сердце освобождено от власти сатаны, от закона греха и смерти, от вечной погибели.

Новое сердце поет, испытывая на себе любовь Христову. Оно прославляет Того, Кто “приклонился”, “услышал”, “извлек”, “поставил”, “утвердил” и “вложил” в него новую песнь — хвалу Богу!

Новая песнь — это песнь тех, кто идет новым путем. По словам Спасителя, существует два пути: широкий и узкий. Христианин — это человек, который оставил широкий путь и следует уже за Христом, по узкому пути. Раньше он шел к верной погибели, теперь же он идет к жизни вечной. Раньше он держался пути собственного произвола, теперь он решительно отказался от него и твердо стоит на пути “новом и живом”, на Христианском пути.

“Христос пострадал за нас, оставив нам пример, дабы мы шли по следам Его” (1 Петр. 2, 21). Этим новым, Христовым, путем шли самые лучшие люди всех веков. Первыми славными путниками-христианами были Апостолы. Новый путь — узкий и тернистый. Много на этом пути гор — затруднений, долин — унижений, пропастей — отчаяния... Но невзирая на это, идущие этим путем, поют новую песнь. Новая песнь не обусловлена окружающими житейскими обстоятельствами, невзгодами и страданиями. Даже в тюрьме, ночью, израненные, измученные и голодные ап. Павел и Сила “воспевали Господу” (Деян. 16, 25). Новая песнь — песнь возвращающихся домой. “Мы странники и пришельцы здесь на земле”. Мы идем в новый рукотворенный град Иерусалим, мы на пути в царство Небесное. “Мой отчий дом там, на небесах”, — поем мы в одном духовном гимне. Ап. Иоанн пишет, что он видел сонмы искупленных, тех, кто завершив свое земное странствование, пришли в Дом Отчий и “поют новую песнь, пред престолом Бога и Агнца”. Вы спросите: будем ли и мы петь там, в вечности, новую песнь? На этот вопрос можно с уверенностью ответить: Будем! Христос вложил в сердца наши эту вечную песнь, уже здесь на земле.

Итак, “Слово Христово да вселяется в вас обильно, со всякою премудростью; научайте и вразумляйте друг друга песнями, во благодати воспевая в сердцах ваших Господу” (Кол, 3, 16—17).

26

СЕКТАНТСТВО


Было бы ошибочным полагать, что если церковью завладели заведомо невозрожденные люди, и увели ее от Слова Божия и от служения тем извечным целям, ради которых Церковь была вызвана к жизни, то Бог как бы отказался уже от Своего первоначального плана “юродством проповеди спасти верующих”, отказался “за отсутствием проповедующих”. Нет! Бог никогда не отступал от плана спасения человечества, равно как никогда и не лишался Своих верных свидетелей.

На протяжении всех веков человеческой истории и, в особенности, за две последние тысячи лет христианской эпохи, Бог всегда находил людей, которые любили Его больше, чем самих себя, больше всего на земле, и ради Бога были готовы на какое угодно поношение, на любые страдания, на самую жуткую смерть. Другими словами, одиннадцатая глава послания ап. Павла к Евреям никогда еще не была закончена. Во все века находились люди, “которых весь мир не был достоин”, те, кто “поношение Христово почли большим для себя богатством, нежели... сокровища” мирские (Евр. 11, 26, 38).

До потопа, в ту пору, когда земля растлилась пред лицем Божьим и всякая плоть извратила путь свой на земле, когда Дух Божий был “пренебрегаем человеками” и, казалось, не было уже никого из людей, кто вспомнил бы о Боге, “Ной ходил пред Богом”. Ходил сто двадцать лет, свидетельствовал современникам о неизбежном суде Божьем, о грядущем наказании. После потопа Бог избирает испытанного в верности Авраама и одновременно — Мелхиседека. На смену им приходит Исаак, Иаков и двенадцать патриархов, Моисей, Иисус Навин, ряд судей Израилевых и пророков Господних...

Таким образом, Свет Истины, яркий факел Божьей Любви передается из поколения в поколение, вплоть до той “полноты времени”, когда на горизонте погибающего во зле мира, взошло обетованное Богом “Солнце правды и исцеления в лучах Его”. Так было в Ветхом Завете. Такую же непрерывную последовательность в передаче “Благой Вести Спасения Христова”, мы наблюдаем и в Новом Завете.

На смену первым ученикам и апостолам Христовым пришли неустрашимые свидетели-мученики. Вслед за мучениками, озарившими темный мир своими кострами, появились отшельники, пустынники, аскеты. Один из них — Афанасий, в течение двух царствований (Деция и Максима) боролся с императорским произволом в делах церкви, побывал и многократно в ссылках, скитался в пустынях Египта, скрывался в могильной пещере своего отца, всю жизнь посвятил защите христианской веры и проповеди спасающей благодати. Он многих привел ко Христу.

В 313 году, с опубликованием императором Константином свободы верования, христианство смешалось с язычеством. Дети Божьи соединились с миром, церковь слилась с государством, и стала называться “экуменической”, “католической”, “кафолической”, что значит — всеобщей. Сатана, которому не удалось взять церкви гонениями, взял ее внешним объединением церкви с государством. Людям, переходившим в христианство из высших языческих классов, предлагались почетные должности, бедным сулили подарки. В результате, появились опасные лицемеры, не имевшие никакого представления о подлинном покаянии и обращении ко Христу. Сам император Константин, “перешедший” в христианство и считавший себя вправе решать вопросы “новой религии”, оставался до конца дней своих грубым язычником. Обагривший свои руки кровью старшего сына Криспа и жены своей Фаусты, император Константин председательствовал на первом Никейском соборе и решал дела церкви.

В это именно время, когда омирщвленная “церковь-отступница” пошла на поводу у церковных политиков и государства, истинные дети Божьи, оказавшиеся неспособными на такой компромисс с совестью, ушли в подполье. Уход в подполье совершался потом в веках и совершается ныне. Истинная церковь Христова всегда была и будет в подполье. Она никогда не увенчается здесь в мире, царственным величием... “Меня гнали, будут гнать и вас...” “Да и все, желающие жить благочестиво, будут гонимы...” (Иоан. 15, 20; 2 Тим. 3, 12).

В самые темные периоды христианской истории возрожденные свыше чада Божьи повиновались повелению Господню: “Выйдите из среды их, и отделитесь...” (2 Кор. 6, 14—18). Они отделились, чтобы иметь непосредственную связь с Богом, вести жизнь освящения и уподобления Христу. Они нашли спасение в жертвенной Крови Агнца и горячо свидетельствовали об этой же возможности всем погибающим. “Те, которых весь мир был недостоин, скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущелиям земли...” (Евр. 11, 38).

Во втором веке возникает Монтанизм — учение христианской группы, основанной фригийцем Монтаном. Монтанисты ставили в основу христианства Духа Святого. Ссылаясь на Св. Писание и практику апостольской церкви, они утверждали, что христианами могут быть только люди возрожденные свыше, получившие Духа Святого. Монтанисты искали продолжение чудес апостольской церкви, проповедовали о втором пришествии Христа, отличались жизнью, отдельной от “мира сего”, граничащей с аскетизмом. Церковь, учили они, должна держать свои двери плотно закрытыми для всякого проявления греха, и Духу Святому отвести у себя первое место. Монтанисты признавали крещение только взрослых, и считали греховную жизнь после принятия крещения непростительной. Второй брак считался беззаконием. Женщины допускались к церковному служению. Первый Никейский собор (325 г.) не вынес им никакого порицания. Но первый Константинопольский собор (381 г.) постановил не принимать монтанистов обратно в “лоно церкви” иначе, как чрез повторное крещение, рассматривая их “язычниками”. К числу так называемых “отцов Церкви”, исповедовавших монтанизм, относятся Тертулиан (написавший книгу “Экстаз”, изобличающую все отступления от Писания, допущенные тогдашней государственной церковью), Климентий Римский, Поликарп Смирнский, Феофил Антиохийский, Иустин Мученик и другие.

Монтанизм не был безукоризненным выразителем подлинного христианства, он допустил важные отступления от истины во второстепенных вопросах веры, но в главном он был прав: нельзя было не протестовать против принятия в церковь невозрожденных лиц, крещения младенцев, мирской жизни верующих и других заблуждений тогдашнего времени.

В третьем веке появляются другие поборники чистоты христианской веры и святости жизни верующих, это — Новациане. Новое течение ставит верность Христу выше всего и считает недопустимым возвращение в лоно христианской церкви тех, кто под влиянием преследований и гонений отрекся от христианства и впал в язычество.

В четвертом веке, на защиту истинного христианства выступили Донатисты. Движение Донатистов возникло в 311 году, в Северной Африке. Донатисты протестовали против духовного разложения, происходившего в то время в церкви, и требовали строгого соблюдения чистоты и святости церкви, отделения ее от государственной зависимости и возврата к примитивности древнеапостольского устроения. Донатисты отличались ревностью к мученичеству и крайним аскетизмом. Название свое они получили от двух Донатов — епископов Нумидийского и Карфагенского. Блаженный Августин называет Донатистов в своих творениях “беспорочными и совершенными святыми”... Собор в Риме (313 г.), состоявший из 30 епископов, осудил Донатистов, как вредную для государственного устроения ересь. Собор в Арле постановил конфисковать имущество Донатистов, как пагубных сектантов, не признающих “земной власти”. Для пресечения их деятельности и чтобы устрашить тех, кто им сочувствовал, посланы были войска для уничтожения еретиков.

Четвертый век богат открытыми выступлениями и протестами тех “отцов церкви”, которые не могли согласиться со многими нововведениями церкви, особенно же с крещением младенцев. Афанасий (360 г.) писал: “Господь не повелел тогда крестить. Он велел сначала научить. Вера должна прийти как следствие научения, а крещение — как подтверждение веры”... Иероним Далматийский (378 г.) писал: “Недопустимо, чтобы тело принимало таинства, в которых душа не участвует, крестить можно только тогда, когда есть несомненное наличие веры...” Василий Великий: “Вера должна прийти раньше крещения...”

Невзирая на все это, Карфагенский собор (397 г.) предал анафеме всех, кто был против крещения младенцев.

В пятом веке ревнителями подлинного христианства являются Несториане. Основоположником этого движения был Несторий, патриарх Константинопольский. С угрозой для собственной жизни Несторий бичевал все тогдашние пороки и отступления церкви. Он заблуждался однако, уча, что в Христе не только два естества — Божеское и человеческое, но и два лица, считая Христа не Богочеловеком, а Богоносцем. Но во всем остальном Несторий строго придерживался Писания. Он отказался называть Деву Марию “Богородицей” на том основании, что Бог безначален и родить Его, Бога, никто не мог. Несторий называл Деву Марию “Христородицей”. За такую смелость Несторий был осужден Ефесским собором (431 г.) и заточен в монастырь, а многочисленные его последователи, рассеянные в Персии, Средней Азии, Индии и Северной Африке, подверглись тяжким преследованиям.

Одновременно с Несторианами на сцену выступают так называемые “одноприродники”, Монофизиты. Последователи этого учения, прилагая все старания к восстановлению утраченной церковью ясности вероучения и святости жизни, впали в другую крайность: в Иисусе Христе они признавали не два естества, божеское и человеческое, а только одно — Божеское. Это учение — антипод учению современных модернистов, признающих во Христе Иисусе одно только естество, человеческое.

В шестом веке появились Монофелиты. Последователи этого учения стремились, хотя бы отчасти, освободиться от “узаконенных” церковью нарушений Св. Писания. Среди выдвинутых ими истин Евангелия был спорный вопрос о наличии одной воли или двух в Иисусе Христе: воли Божеской и человеческой. Монофелиты склонялись к утверждению, что во Христе — только одна воля, Божеская, и за это были осуждены и преданы анафеме на шестом Вселенском соборе (680 г.) в Константинополе. Люди, искавшие духовного оздоровления церкви, встретились с беспощадной расправой.

В седьмом веке в Малой Азии зародилось здоровое евангельское движение Павликиан. Последователи этого движения восставали против деления церкви на духовенство и мирян, отвергали не предусмотренные Писанием обряды церкви, не признавали икон, крестного знамения, крестов, не поклонялись Деве Марии, апостолам и святым, и проповедовали спасение по благодати, чрез веру. Церковные здания Павликиане называли не “храмами”, а молитвенными домами. Они отказывались называться другим именем, кроме “христиане”. Гарлюк называет Павликиан “протестантами допротестанской эпохи”, индивидуалистами, не признававшими католической иерархии. Несмотря на то, что эти исповедники “древнего учения” подвергались бесчеловечным гонениям, иско
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение Отправить e-mail Посетить сайт автора
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов HRISTIANA -> ИССЛЕДУЕМ БИБЛИЮ Часовой пояс: GMT + 2
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
Русская поддержка phpBB